Волк, волк
Миша Вербицкий спорит со мной о цензуре:
http://lj.rossia.org/users/tiphareth/1029949.html
(продолжение цепочки, начавшейся здесь)

Это одно из волшебных Мишиных свойств — экстремизм в отстаивании любых взглядов.
Поскольку мы знакомы не первое тысячелетие, то я очень хорошо помню времена, когда Миша был проповедником тоталитарных идей.
Тогда он печатался в газете Завтра и без устали рассуждал о том, кого надо повесить в первую очередь, "когда мы придём к власти", кого во вторую, а кому довольно будет и концлагерей. Любимым Мишиным коньком в те годы была пропаганда геноцида как главного инструмента спасения человечества (вернее, той его части, которая заслуживает быть сохранена).

На пару лет я потерял Мишу из виду, и он как-то волшебно за это время перековался, став либертарианцем, поклонником ACLU и такой свободы размахивать руками, которая ничьим лицом не может быть ограничена. Однако же градус риторики ни малейших изменений не претерпел. Теперь у него самое существование в ЖЖ Пользовательского соглашения называется цензурой, а пожелание, чтобы этот ToS ещё и соблюдался, без лишних обиняков объявляется "фашизмом". Рассуждая о людях, чьи взгляды ему не близки, Миша и сегодня, в либертарианской своей инкарнации, сохранил прежние взгляды на правильное обращение с инакомыслящими:
До чего ж пакостная, тупая и мерзкая публика.
Чудовищные, отвратительные уебки.
Убейте их всех.
(это про Марину Литвинович и Daniel Ginsburg сказано)

Спорить по существу с подобной риторикой было б странно. Потому что те лемминги, которые сегодня смотрят Мише в рот и дословно ретранслируют все его стенания про цензуру и фашизм, вряд ли готовы к обсуждению по существу. А вменяемому человеку и так понятно, в чём разница между Властью, репрессирующей граждан за критику себя, и правом любого учреждения, будь то газета, хостинг или монастырь, определять правила поведения посетителей. Различие — такое же в точности, как между сухим законом и запретом пьянства за рулём.