Эфир на Первом: послесловие

Наши с Константином Игоревичем ночные посиделки, начавшись в студии Максима Шевченко, закончились под утро килограммом «Белуги» в Twin pigs и задушевными разговорами начистоту, содержание которых я не рискну воспроизвести на трезвую голову. Хуже пришлось редакции Первого канала, которой предстояло нести отснятый материал к Эрнсту и выслушивать его выговор:
— Я же говорил, не звать этих двоих на эфир, их же смотреть нельзя! Бабульки завянут на второй фразе!
В результате решили объявить отснятый материал специальным интернет-выпуском, и — впервые в истории канала — дать всё как было в студии, без правки и вклейки.

Когда я шёл на этот эфир, мама предупреждала меня о провокации, в духе того, что случилось накануне с Пономарёвым в эфире у Гордона. Где была на камеру вытащена из рукава ведущего вброшенная анонимами в Интернет и сто раз уже разоблачённая фальшивка от потупчиков. Которую Гордон озвучил в эфире как подлинный документ, изобличающий гостя. И гостю пришлось оправдываться как обвиняемому в совершении уголовных преступлений. Об этой детали в сценарии пожилого человека, естественно, забыл предупредить хозяин площадки Гордон как честный журналист и просто порядочный человек. Который не держит для гостей кинжал под плащом и яд в перстне. И, конечно же, из-за угла не нападёт, и фальшивки, вырытые из нашистской помойки, не станет зачитывать на камеру хорошо поставленным прокурорским голосом.

Но просто мама моя не понимает, что провокацию мало устроить — нужно сделать, чтобы на неё ещё и повелись. А в данном случае, когда ведущий зашуршал справками о моей преступной деятельности, то его захотели выслушать с большим интересом, причём сразу обе стороны приутихли в явном любопытстве. Максим попытался зачитывать список моих злодеяний, но сам не понял, чего ему подсунули. Видимо, там по сценарию где-то должен был раздаться ропот ободрения — то ли от Багирова, которого Костя жёстко оставил вне студии, то ли от самого Кости. А сам Костя был в таком изумлении от известия, что он должен сейчас объявить самого себя жертвой политической цензуры в моём тоталитарном лице, что у него, в общем-то, и слов не нашлось. Понятно, что никто из нас не помнит сегодня, что именно Косте написали в письме из Abuse Team 6 лет назад. Но ясно, что это был тогдашний же нелепый самострел с самодоносом, который был нужен осенью 2006 года для одноразовой пропагандистской кампании на тему «<суп> вводит цензуру в ЖЖ!!!», и второй раз с той поры этот сюжет никто даже в шутку не извлекал из нафталина. Покуда не пришла нежданная для всех пора звать меня на эфиры, и даже давать там начинать фразу (кстати, говорят, что ещё пару раз возле Кремля помёрзнем — мне и закончить один раз за час дадут, если я буду не против, что этот один раз потом вырежут при монтаже как неудачный дубль заглушки). И вытащили ту забытую историю, как Рыков сам на себя написал донос в Абузу, чтобы пасть жертвой цензуры Носега. И попытались заново разыграть с серьёзным лицом, а не покатило.

Короче, всё закончилось хорошо, есть интернет-эфир, хоть не прямой, но и не смонтированный. Там видно, что мне не дали закончить ни одной фразы за 70 минут. Ещё очень хорошо видно, что мне час пытались помешать сказать то, с чем генеральный директор издательского дома «Коммерсантъ» Демьян Кудрявцев управился всего за 7 минут, просто потому, что Таня и Миша не пытались его заставить замолчать в ответ на ими же заданные вопросы. Вот как это было:

Сухой остаток прост.
В отношении противников движения НАШИ на протяжении шести лет систематически осуществляется ряд комьютерных преступлений — взлом почты, взлом ЖЖ, DDoS-атаки. В числе пострадавших от этих действий неоднократно оказывались популярные СМИ и такие граждане страны, как, например, её президент Медведев.
Но никогда правоохранительные органы не соглашались расследовать эти факты.

Президенту Медведеву я лично сообщил, что органы МВД уклоняются от приёма заявлений и расследования по фактам атак на ЖЖ. Он лично мне, в присутствии многих свидетелей, обещал разобраться. До сих пор ни одного расследования не начато. Ни один факт, собранный гражданами независимо от официального расследования, не был проверен.

Вот та ситуация, которую на протяжении 70 минут пытались заболтать в эфире Первого канала, но не смогли. Надеюсь, во вторник у Серёги Минаева даже попыток таких предприниматься не будет. Обсудим всё-таки полный перечень деяний, подпадающих под 272 и 273-ю статьи УК, за последние 6 лет, выясним прилюдно, кто и почему их крышует. Как так могло случиться, что ни одно заявление Коммерсанта, Эха, Новой газеты, Газеты.Ру и <суп>а за 6 лет не принято к рассмотрению. По факту покрывательства уголовщины, я думаю, спорить уже и не о чем, поговорим о причинах и заказчиках.