Anton Nossik (dolboeb) wrote,
Anton Nossik
dolboeb

Смерть контр-адмирала

В Ленте.Ру — большое интервью с вдовой контр-адмирала ВМФ Вячеслава Апанасенко.
Контр-адмирал Апанасенко за 114 дней до самоубийства. Фото с личной страницы в Facebook
Контр-адмирал Апанасенко застрелился в Москве в начале февраля, не выдержав пыток, на которые обречены в России онкологические больные, независимо от возраста, регалий и заслуг перед Отечеством. В предсмертной записке Апанасенко просил винить в его смерти правительство и минздрав... Он застрелился после того, как его жена двое суток обивала пороги медицинских учреждений, но так и не смогла вымолить у врачей рецепт на обезболивающее.

Для людей, которые в жизни своей соприкасались с российской онкологией и паллиативной медициной, ничего необычного в трагедии контр-адмирала нет. Как нет в страшной истории его мучений никакой охраняемой государственной тайны. В фильме Катерины Гордеевой «Победить рак» (как и в одноимённой книге) довольно простыми словами объясняется суть проблемы с обезболивающими препаратами для российских пациентов. Состоит она в том, что перед медиками в РФ в принципе не стоит такая задача, как облегчение страданий больного. И в этом состоит кардинальное отличие нашего здравоохранения от современной медицины в цивилизованном мире.

Что там больной думает, чувствует, переживает в связи со своим недугом — не интересно российскому Минздраву и не должно интересовать никого из специалистов, порядок работы которых этим ведомством регламентирован. Перед медработником в России стоят ровно две задачи: соблюсти медико-экономические стандарты в соответствии с кодом диагноза и обеспечить надлежащий документооборот. Любые другие вопросы — такие, как избавление больного от страданий, — вообще не находятся в поле зрения медицинских чиновников и подведомственных им врачей.

Самоубийство Вячеслава Апанасенко привлекло внимание властей, СМИ и общества к проблеме, на которую в России столько лет закрывали глаза. По этому поводу уже сделано несколько громких заявлений: директор ФСКН велел упростить отпуск обезболивающих, вице-премьер Голодец назначила проверку в недельный срок, министр здравоохранения Скворцова тоже поручила Росздравнадзору разобраться. А депутат Герасименко внёс даже в Думу законопроект о доступности обезболивающих...

Понятно, что все эти ритуальные заявления сделаны в расчёте на то, что трагедия контр-адмирала через два-три дня забудется. Потому что если бы у лиц, отвечающих за нынешнее позорное положение дел, было бы желание разобраться и что-то исправить, им не было ни малейшей нужды ждать, чтобы контр-адмирал Апанасенко застрелился и оставил записку. В России, по официальным данным, насчитывается около 2,8 млн онкобольных, и каждый год выявляется полмиллиона новых случаев заболевания. Проблема с обезболиванием давно известна и пациентам, и их родственникам, и врачам, и чиновникам Минздрава, и руководству ФСКН — именно это ведомство является инициатором всех законодательных ограничений на оборот анальгетиков в России. Если бы у тех, от кого это зависит, была хоть крупица сострадания к сотням тысяч российских больных, обречённых бюрократами на адские муки, то исправить ситуацию можно было много лет назад. Но наша людоедская система здравоохранения никогда не была заточена на то, чтобы видеть в пациентах живых людей. Самоубийство контр-адмирала для бюрократов — всего лишь досадный случай огласки, на которую система предсказуемо отвечает имитацией бурной деятельности, с единственной целью заболтать проблему и переждать скандал.

А проблему не нужно забалтывать. Её нужно решать. И, если единственным способом сдвинуть позорную ситуацию с мёртвой точки является огласка — значит, нужно напоминать. Каждый раз, когда они попытаются в очередной раз забыть, нужно не лениться и напоминать. И о ситуации, и о её жертвах, и о всех сегодняшних обещаниях проверить, разобраться, исправить.
Tags: медицина, суицид
promo dolboeb март 13, 00:19 17
Buy for 1 000 tokens
В какую бы местность я ни припёрся, мне непременно хочется залезть на самую высокую точку и оттуда фотографировать. Не на небоскрёб — так на колокольню. Если нет ни того, ни другого — то на гору. А если нет и горы — то на вертолёт или самолёт. Понимаю, что я в этом увлечении не одинок. Но…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 78 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →