Anton Nossik (dolboeb) wrote,
Anton Nossik
dolboeb

This journal has been placed in memorial status. New entries cannot be posted to it.

8½ разгневанных недель


Посмотрел на премьерном показе прекрасный фильм прекрасного режиссёра Михалкова 12.
Если кто вдруг не в курсе, это получившая в Венеции Золотого льва экранизация пьесы Реджинальда Роуза 12 Angry Men, славу которой 50 лет назад принесла классическая кинопостановка Сидни Люмета. Михалков почему-то свой фильм и называет римейком люметовской классики, а не экранизацией роузовской пьесы, хотя если этот фильм и считать римейком, то скорей уж рязановского «Гаража». Там тоже замкнутое пространство, наэлектризованное конфликтом, служило моделью России со всеми её бедами, пороками, проблемами, цинизмом, жестокостью, коррупцией, бардаком, героизмом, состраданием и верой в справедливость. И там тоже прекрасно играли прекрасные актёры. Но «Гаража» иностранцу не понять, а Никита Сергеевич снял фильм, под сценарием которого (за вычетом разве что последней десятиминутки) легко и обеими руками подписалась бы Ванесса Редгрейв или Анн Нива. И если фильм попадёт на какие-то ещё зарубежные фестивали, кроме Венеции, то без труда повторит там свой первый громкий успех.

Перед премьерным показом Никита Сергеевич довольно внятно и доходчиво объяснил свой режиссёрский замысел. Сказал, что хотел бы заставить зрителей после титров просто помолчать несколько минут. И это ему действительно удалось. Говорить о фильме после просмотра не очень хочется. Скорее — думать. Но одно безусловно: фильм однозначно стоит посмотреть. Это, безусловно, лучшее виденное мной российское кино за много лет.

Конечно, если отрезать последние 15 минут, картина очень сильно выиграет. Насквозь лживая и фальшивая концовка прилеплена к киношедевру теми же ядовитыми слюнями в сахаре, какими в финале «Статского советника» подклеивали вместо титров тошнотворную сцену согласия Эраста Петровича работать на царскую охранку (в романе он, разумеется, отказывается от этого бесчестия, но фильм ваял Константин Львович Эрнст под свои, а не под фандоринские моральные принципы). Не возьмусь даже осуждать журналистку из Независьки, которая за этой дидактико-государственнической лажей умудрилась не заметить бесспорных художественных достоинств михалковского фильма: в самом деле, последняя четверть часа серьёзно всё портит. Но ей предшествуют 140 минут редкого по нашим временам кинематографического наслаждения. Это Хорошее Кино, без дураков.

Предупреждение: всё, что написано ниже, имеет смысл читать только после просмотра фильма.
Не потому, что спойлеры, а всего лишь потому, что актуальность этих вопросов без просмотра неочевидна.

К неудачам можно отнести некоторые сценарные неувязки (зачем Басаев оставил свой нож в спине отца мальчика? почему Николай Чудотворец всю дорогу голосовал за осуждение, если найти и наказать истинных убийц для него раз плюнуть? как пятилетний ребёнок провёз такой острый нож из села в Грозный, а потом из Грозного в Москву? как нож попал к убийцам? откуда у парня 7000 рублей? где был парень, когда киллеры убивали дядю Володю? как этот тесак пронёс в спортзал Маковецкий, если даже мобильники отбирали?) и очень дурацкую роль для Алексея Петренко: это, без сомнения, великий актёр, но совершенно не комик, и переучиваться в это новое амплуа ему оказалось, мягко говоря, слишком поздно.

Чрезвычайно глупо прописан Сергей Адамович Ковалёв (роль Арцибашева). Сыгран он прекрасно, однако же для создания трёхмерного образа глупой и бесполезной демшизы нужно было как-то менее, что ли, топорно-лубочно подходить к лексике и фразеологии персонажа. Вышел глупый пасквиль, похожий на прототип примерно в той же мере, как "сионистские агрессоры" с карикатур Кукрыниксов. Жаль. Бичевать демшизу не так уж и сложно, но полезно предварительно выяснить, как она на самом деле рассуждает, и каким языком изъясняется.

А одну вещь я в сценарии ну вообще не понял. Зачем туда вписан совершенно реальный Дмитрий Анатольевич Лесневский, с полным набором анкетных данных и двойным портретным сходством?! Типическим персонажа никак не назовёшь: слишком уж дотошно воспроизведены все детали одной, совершенно конкретной человеческой биографии. Для тех, кто в танке, даже фотографию мамы в портсигаре показывают на полный экран. Могу допустить, что у Никиты Сергеевича какой-то давний зуб на создателей REN TV, но сводить счёты таким экстравагантным постмодернистским способом — это чисто пелевинский ход в духе хулиганской сатиры ДПП(НН); из эпического полотна о судьбах России эта шпилька выпирает как-то совершенно уже нелепо.

Впрочем, не только Маковецкого или Гармаша, но и одного Адабашьяна уже достаточно было б для того, чтобы смотреть фильм больше одного раза, и держать его в домашней видеотеке на видном месте.

Кстати, есть серьёзные основания полагать, что Михалков, будучи без преувеличения Большим Художником, понимает (в отличие от создателей «Статского советника»), насколько он серьёзно налажал в концовке. Потому что в четырёхсерийной телеверсии, которая выйдет на экраны вскоре после кинокартины, будет, по словам Михалкова, с совершенно другим финалом.

Update: похоже, Юрий Гладильщиков в Ньюсуике довольно просто открыл ларчик насчёт Лесневского.
Конфликт связан всего лишь с успехами Дмитрия Анатольевича в продюсировании популярных у западной кинокритики русских артхаусных картин. Никита Сергеевич просто не любит конкуренции. Что для государственника вполне естественно. И вдвойне он её не любит на том рынке, который нельзя подмять методами, использованными при захвате Дома и Музея кино. Однако же сказанного выше про неуместность подобного шаржа в серьёзном фильме это уточнение нисколько не отменяет.

А Гладильщикову, при всей его проницательности, место в прямом эфире у ymalbatsЕвгении Марковны. Человека, позволяющего себе такое количество немаркированных спойлеров в одной рецензии на ещё не вышедшую в прокат картину, надо из кинокритики гнать ссаными тряпками.
Tags: кино
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 111 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →