Anton Nossik (dolboeb) wrote,
Anton Nossik
dolboeb

This journal has been placed in memorial status. New entries cannot be posted to it.

Как испортить Рушди переводом

Роман Рушди Shalimar The Clown я купил на гоанском пляже в 2006 году, и там же проглотил первые 100 страниц.
Вскоре за многочисленными переездами, ремонтами и текущими проблемами деторождения книга куда-то задевалась, так что дочитывать пришлось уже русский перевод, выпущенный «Амфорой». Вообще-то я остерегаюсь читать английские романы по-русски, но взыскательный Лев Данилкин этот перевод хвалил, да и непонятно было, где и когда ещё мне второй раз доведётся найти оригинал.

Увы, перевод очень серьёзно испортил мне впечатление от книги. Не потому, что он что-либо существенно искажал. Но просто я об него поминутно спотыкался. И много раз испытывал досаду от того, что не могу сличить с оригиналом, потому что было очень сильное чувство, что автор тут имел в виду другое.

Одна необъяснимая странность перевода — в том, что имена собственные там нарочно усложнены для русского восприятия. В паре случаев это может объясняться тем, что переводчица Елена Бросалина — индолог, и ей видней, как на самом деле оно должно звучать на хинди, кашмири и гуджарати. Скажем, вымышленная деревня, где происходит и завязка, и трагическая развязка действия в Кашмире, называется у Рушди Pachigam. По-русски она зачем-то становится ПачХигамом, хотя англоязычного читателя автор романа освобождает от необходимости спотыкаться там об лишнее "х". Героиню романа зовут Boonyi. По-русски переводчица зачем-то называет её Бунньи, как будто бы это удвоение согласной перед мягким знаком может иметь для русской фонетики какой-то смысл. Что же касается фамилии неиндийского героя повествования — тут мы имеем дело просто со случаем вопиющей халтуры в фактчекинге. Посол Макс Ophuls, по сюжету книги — страсбургский еврей. С каких луёв могла бы его фамилия читаться как ОфАлс, если само имя героя является прямой отсылкой к совершенно реальному псевдониму голливудского режиссёра с аналогичной биографией, у которого в этой фамилии даже умляут над ü стоит?!

Вообще, аллюзий в романе Рушди — бесчисленное множество, он в этом смысле прилежный ученик Набокова, и чем дальше, тем более прилежный (рецензент из Daily Telegraph сообщает, что на первых 10 страницах романа насчитал 12 отсылок к одному только кинематографу). Переводчица этих отсылок не ловит совершенно. А даже там, где ловит, тут же упускает, как Петер Чех в давешнем матче с турками. Например, тренер говорит героине: "Ты — Кей Корлеоне". Переводчик исправно делает сноску — видимо, для тех, кто не читал и не смотрел «Крёстного отца». В сноске сообщается, что Кей Корлеоне — персонаж романа М. Пьюзо. При этом не сообщается ни пол этого персонажа, ни его роль в сюжете, ни смысл сравнения. Очевидно, потому, что сама переводчица не сочла уместным вникнуть в эти детали. А таких отсылок в тексте Рушди — не счесть. Где-то они растолкованы столь же бестолково, как Кей Корлеоне, где-то оставлены без комментария. Наверняка есть и такие, которые, оставшись переводчиком не поняты, утратили узнаваемость в русской версии.

Та ж фигня с историческим контекстом, играющим в книгах Рушди огромную роль. Например, про одного из персонажей сообщается, что в 1980-е годы образцом для подражания для его соратников стала организация FSLN. Что должен понять из этой аббревиатуры русский читатель? Столько же, наверное, сколько и переводчица дала себе труда уяснить, то есть ничего. Меж тем, у аббревиатуры FSLN, которую английские газеты всосали в своё время без перевода, есть совершенно конкретная русская версия. Это Фронт национального освобождения имени Сандино, просоветская организация, пришедшая к власти в Никарагуа при свержении диктатора Сомосы в 1979 году. Я очень хорошо помню про эту партию из бесчисленных политинформаций, про подвиги сандинистов в СССР обязан был знать каждый школьник и телезритель. Дело тут не в том, что у меня память излишне цепкая. Рушди, развёртывая в романе военно-политическую хронику второй половины XX века, очень рассчитывает на эффект узнавания читателем реальных имён и событий, которые тот встречал в открытой печати в какие-то прошлые годы. Он очень старается над этим эффектом узнавания, а русский перевод эти зерна безжалостно вытаптывает.

Понятно, что не дело переводчика — разжёвывать авторские намёки. Это скорее работа для комментатора — найти, как там анахронистическая псевдоцитата из Булгакова перекликается с такой же псевдоцитатой из Сент-Экзюпери двумя страницами позже, или заметить, что имя помощника по половым вопросам Эд Вуд взято писателем из той же картотеки, что и имя его босса Max Ophüls. Но всё равно неприятно гадать, сколько авторских конструкций ты пропустил из-за того, что переводчик не догадался отнестись к ним бережно. Зато есть возможность предполагать, что те куски повествования, которые плохо читаются в русском переводе, в английском оригинале звучали живо и осмысленно. Как, например, русская фраза не то что женщин, даже коз не было (стр. 135) в оригинале звучала как not even goats to fuck, если мне не изменяет память.
Tags: книги, язык
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 29 comments