June 3rd, 2012

4 марта выборы Путина

Федеральный уровень

На Божену Рынски заведено уголовное дело.

 

"Установлено, что шестого декабря прошлого года на несогласованном митинге оппозиции на Триумфальной площади Рынска публично оскорбила полицейского, после чего на интернет-сайте в Живом журнале разместила его фотографии и сообщения, в которых имеются выражения, оскорбляющие сотрудников полиции в целом и непосредственно изображенного на фотографиях полицейского", - сообщили в пресс-службе.
(Отсюда)

 

До самого последнего времени расследованием подобной "уголовщины" занимались в основном пилиционеры из глухих медвежьих углов России, от Сыктывкара до Комсомольска-на-Амуре - там, где ни менты, ни судьи отродясь не видали в глаза Конституции новее брежневской. Теперь, как видим, мода  читать ЖЖ и возбуждать уголовные дела по его мотивам, докатилась до Москвы. Правовой нигилизм выходит на федеральный уровень.

 

Симптоматичны сроки: своё чудовищное злодеяние Божена совершила полгода назад. Но тогда политика партии состояла в заигрывании с людьми, вышедшими на Болотную и Сахарова. Сурков говорил, что на улицы вышли лучшие люди страны, Путин писал статейки об интернет-демократии, Дума принимала законы о потёмкинской политреформе... Появление в Москве местных аналогов "дела Терентьева" или "дела Муртазина" на этом фоне казалось несвоевременным, чтоб не сказать немыслимым.

 

Теперь маски сброшены, и цирк с возбуждением уголовных дел по мотивам реплик в соцсетях добрался до Москвы. Отдельного внимания в этой связи заслуживают инициативы думского журналиста-оборотня Хинштейна. Он недавно предложил не ограничиваться ЖЖ, а привлекать пользователей Интернета к уголовной ответственности за твиты, чекины и статусы в Фейсбуке.

4 марта выборы Путина

Пользователи против зрителей

Седьмая ежегодная интернет-конференция «Измени сознание» сегодня завершилась в приморском городке Джардини Наксос на юге Сицилии. Было много интересных докладов. Одной из главных тем стало соотношение между телевизионной и интернетовской аудиторией.

Обсуждался, в частности, передел рекламного пирога между различными носителями. В презентации Александра Лигера из «Видака» попался примечательный слайд о том, как менялось распределение рекламных денег в России с 2000 года:
Где деньги, Зин
Из картинки видно, например, что до сих пор всё перераспределение бюджетов происходило за счёт схлопывания доли печатных СМИ. Но дальше, когда у принта не осталось денег, чтобы их подербанить, Интернет полез в другие карманы. Например, в 2005 году радио зарабатывало в три раза больше ведущих сайтов Рунета. А в 2011 году эти сайты получили в 4 раза больше рекламных денег, чем все радиостанции России.

Зомбоящик, доходы которого на протяжении всех нулевых уверенно росли, в 2010-х годах впервые заметил снижение своей доли в общем пироге. А дальнейшее развитие событий легко спрогнозировать, если обратиться к данным TNS Gallup о возрастных различиях между использованием Интернета и телесмотрением:

Пунктиром тут обозначен 2010-й год, сплошной чертой — 2011.

Напоследок — слайд из презентации Яндекса «TV or not TV», основанный на опросе 30.000 пользователей поиска, которых разделили на группы активных и неактивных телезрителей. Различие в интересах и поисковых запросах двух групп довольно показательно:
Телезрители против пользователей Интернета
Просмотр этого слайда лучше всяких слов объясняет суть культурной и образовательной политики «Единой России» за последнее десятилетие — включая как реформы школьной программы, в которой предлагают оставить ОБЖ, православие, политинформации и физкультуру, так и новейшую инициативу свеженазначенного министра просвещения, который назавтра после вступления в должность предложил приступить к постепенной ликвидации бесплатного высшего образования для российской молодёжи. Партии власти не нужны студенты, ей не нужны люди, говорящие на иностранных языках и путешествующие по миру. Партии власти нужны телезрители. Которые вместо избирательных участков идут за «Клинским», покуда специально обученные избиркомы распределяют их голоса как надо.
0photomonk

Picplz сливает воду. Что ждёт Path?

Сервис picplz.com, запущенный в 2010 году как андроидный аналог и предшественник Инстаграма (существовавшего до 3 апреля с.г. только на платформе iOS) имел ряд преимуществ перед своим более успешным соперником. Например, публикуемые с помощью Picplz картинки не было нужды уродовать, сжимая и обрезая их до квадрата 612*612: для просмотра с некарманных устройств сервис публиковал не только эскиз фотографии, но и её полноразмерный оригинал. Список внешних сервисов для кросспоста снимков был у Picplz на пару позиций длинней, чем у Инстаграмма.

К сожалению, все эти достоинства не спасли проект от чистого проигрыша именитому конкуренту. Через несколько недель после того, как Инстаграм был приобретён Фейсбуком за миллиард долларов, создатели Picplz объявили о полной и бесповоротной ликвидации сервиса. 3 июля 2012 года он прекратит своё существование, и весь размещённый там пользовательский контент будет удалён.

Мораль сей басни достаточно очевидна. Фотосервис может быть либо профессиональным, либо социальным. В профессиональном сервисе значение имеют всякие технические навороты и прибамбасы, а в социальном — исключительно способность проекта строить и растить community вокруг фотохостинга. Создателям Инстаграма это блестяще удалось: за первые 3 месяца после выхода в App Store они добрались до миллиона пользователей, к сентябрю 2011 насчитывали 10 миллионов аккаунтов, а в апреле 2012 заявляли о 30 миллионах регистраций. Это, естественно, отразилось не только на капитализации компании (которая многим представляется раздутой, хоть победителей и не судят), но и на user experience. Лайки и комментарии от подписчиков в инстаграмном сообществе создают самоценный стимул публиковаться именно в этой сети.

Интересно, какие выводы из печальной судьбы Picplz извлекут создатели и пользователи новомодной соцсети Path, перезапуск которой состоялся в конце ноября 2011 года. В феврале 2011 года создатель Path Дэйв Морин со товарищи (в числе которых — прославленный создатель «Напстера» Шон Фэннинг) отказался от предложения Google выкупить проект за 100 с лишним миллионов долларов. В свете шумной истории с покупкой Инстаграма за миллиард, этот отказ мог выглядеть очень дальновидно. Однако в свете последнего объявления владельцев Picplz тут возможны разные мнения.

Лично я считаю Path унылым говном, к тому же весьма ненадёжным и нестабильным. Использую этот сервис только для той нужды, для которой вскоре не смогу уже использовать Picplz: публикация в Фейсбуке и Твиттере снимков, которые элементарно жалко упихивать в инстаграмовский ужатый квадрат, а рассовывать их вручную по разным соцсетям — лениво и незачем, раз есть автоматика. Кстати, под катом можно видеть прекраснейший снимок недельной давности, который я попытался выложить через Path, отчего он так и не стал по сей день публичен. Кто вдруг узнает персонажа на фотографии, приглашается помалкивать как офицер и джентльмен, даже если он дама и хабалка. :)
Collapse )
Впрочем, вполне допускаю, что я просто не являюсь целевой аудиторией проекта Path. Потому что мои друзья и родственники, использующие этот сервис регулярно, могут много порассказать о достоинствах его уникальной модели. И, видимо, сбои в кросс-публикации снимков по другим соцсетям их не смущают.