December 16th, 2013

candle

Амирэджиби

Только что узнал, что на неделе в Грузии на девяносто третьем году жизни умер замечательный писатель Чабуа Амирэджиби.
Чабуа Амирэджиби, 1921-2013
Это был человек многих талантов и удивительной судьбы: в 1944 году он был арестован за членство в подпольной антисоветской организации, затем в норильских лагерях участвовал в восстании заключённых... Выйдя из лагеря в 1959 году, начал писать книги, успел даже получить за них Госпремию СССР. В независимой Грузии издавал газету, был депутатом парламента, а в 89 лет постригся в монахи.
За пределами Грузии о творчестве Амирэджиби узнали в 1977 году, после экранизации его главного романа «Дата Туташхия».
Экранизация, честно говоря, так себе, но пользовалась в СССР огромной популярностью — в основном благодаря потрясающему таланту Отара Мегвинетухуцеси, сыгравшего там главную роль. Этот прекрасный актёр, получивший за роль в сериале Госпремию, умер в мае нынешнего года, на девятом десятке лет.
Не знаю, имеет ли смысл кому-нибудь сегодня пересматривать сериал, но роман прочесть стоит: это удивительная историческая хроника рубежа веков, местами напоминающая «Доктора Живаго», но большей частью совсем ни на что не похожая.
Вряд ли она сегодня воспринимается так же, как в советское время, когда вообще невозможно было понять, как это разрешили печатать... В любом случае, это хорошая, достойная книга.

А ещё Амирэджиби известен был своим специфическим чувством юмора.
Один из его афоризмов, услышанный около 30 лет назад, я помню по сей день.
Однажды писателю по линии СП Грузии поручили вести вечер, посвящённый памяти известного революционера Камо (которого, как известно, в 1922 году сбил чуть ли не единственный в городе грузовик). Открывая вечер, Амирэджиби сказал:
— Очень жаль, что товарищ Камо погиб в 1922 году. Он мог бы прожить ещё целых 15 лет!
yaorange

Евроинтеграция: моя хата с краю

Сегодня в восемь вечера в прямом эфире Эха поговорим о массовых протестах:
Фото: Илья Питалев, РИА «Новости»
Предваряя обсуждение, про Украину могу сказать очень коротко: я очень рад, что вся эта история с Евромайданом не имеет ко мне никакого отношения, ни прямого, ни опосредованного. Поэтому я тоже могу себе позволить не иметь к ней никакого отношения, ни эмоционального, ни рационального.

Вы тут, конечно же, спросите: а как же 2004 год?
И я вам отвечу: 2004 год имел к нашей жизни и нашей реальности непосредственное отношение, потому что это была попытка жителей страны СНГ нарушить сложившуюся на постсоветском пространстве, от Минска до Душанбе, традицию престолонаследия через назначение, заменив её свободный демократическими выборами в отмеренный Конституцией срок. То есть это был сюжет, по сей день актуальный для России ровно настолько же, насколько он актуален для Ашхабада, Ташкента, Астаны и Баку.

Но этот сюжет благополучно тогда же и завершился: наши западные соседи в 2004 году успешно отстояли своё право видеть президентом страны не назначенного преемника, а того кандидата, который набрал большинство голосов на всеобщих выборах. С тех пор — и уже девять лет подряд — Украиной управляют исключительно те политики, которых граждане этой страны сами себе для этой цели избрали. Кто не нравится — тех в ходе выборов отправляют в оппозицию. Кто нравится — тех приводят к власти, или оставляют у руля на второй срок. Это их сугубо внутреннее украинское дело — кого им выбирать в президенты, а кого — в парламент. Моего совета они не спрашивают, а даже если б спросили, я там не живу, налогов не плачу, в политических раскладах не ориентируюсь. Полезно Украине интегрироваться в Евросоюз, или вредно — это вопрос, по которому есть разные мнения не только у украинцев, но и у французов, англичан, норвежцев, швейцарцев, португальцев, греков, румын и молдаван. Я даже не знаю, как я сам относился бы к Евросоюзу и еврозоне, если б мне довелось жить, работать и платить налоги в каком-нибудь из государств ЕС, или в одной из стран-кандидатов на вступление в этот союз. Подозреваю, что будь я турком, я был бы очень против, но это всего лишь праздные гадания: ведь я не турок.

Я рад, что решение этого вопроса гражданами суверенной Украины проходит без моего участия.