January 24th, 2015

lemonde

Как спасали Глеба Кудрявцева

В прошлую пятницу отпраздновал свой третий день рождения Глеб Кудрявцев из Владимирской области. Российская Госдума и Минздрав сделали всё от них зависящее, чтобы мальчик не дожил до этого праздника. Но, к счастью, возможности их оказались не безграничны. Госдума запретила Глебу получить необходимое лечение в России, Минздрав отказался финансировать операцию в зарубежной клинике — но, слава Богу, на том их участие в судьбе малыша и закончилось. Дальше за дело взялись неравнодушные люди, россияне и иностранцы — и в очередной раз оказалось, что у Добра в нашем мире подчас оказывается больше сил и возможностей, чем у Государства.
Страница Pomogi.Org, где собирались деньги на лечение Глеба Кудрявцева
Глеб Кудрявцев родился с тяжкой сердечной патологией, единственным лечением которой является пересадка сердца от донора. В России пересадка органов от умерших детей законодательно запрещена. С середины 2012 года Минздрав РФ клянётся отменить этот запрет, и даже согласовал с другими ведомствами соответствующий законопроект, но, если верить серверу Госдумы, он туда ещё не внесён. А даже если б и был внесён и утверждён, всё равно вступил бы в действие не раньше 2016 года. Так что по российским законам Глебу положено было не дожить до пересадки. Как не доживают до неё 70% взрослых российских пациентов, нуждающихся в донорских органах. Хотя взрослым пациентам их пересаживать не запрещено. Просто законы составлены так, что любому врачу безопасней отправить пациента на тот свет, чем пересадить ему донорский орган от трупа.

К счастью, не во всём мире законодательство такое дикарское. Родители Глеба Кудрявцева собрали деньги на обследование ребёнка в Германии — но там, в связи с весьма низким уровнем детской смертности, иностранный пациент практически не имеет шансов дождаться очереди на донорские органы: в первую очередь они достаются местным претендентам.

Родители Глеба не сдались и после неудачи в Германии. Они выяснили, что шансом на спасение ребёнка является индийская медицина. Нашли в Интернете подходящий стационар, связались с его представителями. Мадрасская клиника Fortis Malar, имеющая большой опыт подобных пересадок, выставила счёт на $95.000 за всё рекомендованное немцами лечение, включая поиск и подбор донора. Четыре недели ушло у жертвователей фонда Pomogi.Org на то, чтобы собрать необходимую сумму. К счастью для Глеба, на дворе стоял июль 2014 года, курс доллара в те недели двигался от 34,43 к 36,67, и для оплаты счёта индийской клиники хватило собранных 3,36 млн рублей. В конце августа мальчика из Владимирской области приняли в клинике Fortis Malar и внесли в общеиндийский реестр пациентов, ожидающих органов для пересадки.

В среднем по Индии ожидание донорского сердца длится полгода, но Глебу вновь повезло. 21 декабря 2014 года в Бангалоре (штат Карнатака) врачи констатировали смерть мозга у индийского мальчика по имени Ятхартх Упадхьяй, который до этого пролежал неделю в коме в реанимации городской больницы Манипал. Зональный координационный комитет штата Карнатака получил об этом уведомление, просканировал национальный реестр детей, ожидающих пересадки, и на все органы, кроме сердца, нашёл претендентов в больницах Бангалора. А вот очередников на пересадку сердца от ребёнка в возрасте до 3 лет в больницах Карнатаки на тот момент не было — ближайший претендент нашёлся в Мадрасе, и звали его Глеб Кудрявцев.

К следующему утру в клинику Манипал прибыли специалисты из Fortis Malar, которые за час провели над трупом мальчика из Бангалора сложную операцию по забору органов — взяли сердце, печень, роговицу и почки умершего ребёнка. Роговицу, печень и почки отправили в три клиники Бангалора для пересадки индийским пациентам. А сердце спецрейсом отправилось в Мадрас, где Глеба Кудрявцева в то же утро начали готовить к операции.

За путешествием контейнера с донорским сердцем для русского мальчика следили десятки индийских СМИ. И их читатели не были разочарованы. 3,5 километра от клиники до аэропорта HAL в Бангалоре карета «скорой помощи» преодолела за 80 секунд; самолёт пролетел 300 км за 34 минуты; 12-километровое расстояние от аэропорта Ченнай до клиники Fortis Malar реанимобиль штата Тамил Наду проехал за 11 минут. Итого путь контейнера с замороженным сердцем бангалорского мальчика из Карнатаки в Тамил Наду занял 47 минут. В истории индийской медицины это был всего второй случай успешной доставки донорских органов из одного штата в другой. Как и в первый раз, полиция в обоих штатах перекрывала движение транспорта на всём пути следования реанимобилей.

В 14:00 Глеба Кудрявцева подняли в операционную, а в 14:10 туда доставили донорское сердце. Пересадку выполнял доктор К.Р. Балакришнан, на счету которого — больше 18.000 сердечно-сосудистых операций (для справки: в крупнейшем российском Федеральном центре трансплантологии имени Шумакова с 2007 по 2013 год выполнено 295 пересадок сердца). Операция Глеба продлилась до 8 часов вечера и увенчалась успехом. Вот уже больше месяца в груди мальчика из Владимирской области бьётся сердце его умершего ровесника из Бенгалуру. В прошлую пятницу Глеб Кудрявцев отпраздновал свой третий день рождения в индийской клинике.

Хочется пожелать малышу крепкого здоровья, а всей его семье — счастья и радости.
И, конечно же, спасибо всем тем, кто помог спасти ребёнка.
lemonde

Вопрос к украинцам: Мариуполь вам нужен с жителями или без?

С утра и до ночи в новостях — обещанное накануне наступление «сил ДНР» на Мариуполь.
Карта военных действий
Местные СМИ и сообщества сообщают об обстреле жилых кварталов и рынка, об убитых и раненых жителях, о госпитализациях, публикуют адреса бомбоубежищ и телефоны донорской службы.
Пропагандоны за скромную копеечку рьяно доказывают, что город, конечно же, обстреливает украинская армия, чтобы свалить вину на безоружных ополченцев.
По этой логике, все те несметные сотни украинских военнослужащих, о гибели которых нам рапортуют вожди Новороссии, видимо, тоже самоубились.
Впрочем, на то они и пропагандоны, чтоб не краснеть.

Что у Украины по-прежнему нет армии, способной противостоять организованному натиску «добровольцев», которые «в отпуск» из рядов российской армии теперь «по зову сердца» прихватывают с собой целые танковые колонны и тонны горючего для их заправки — совсем даже не удивляет. Откуда б той украинской армии взяться, если с 1991 по 2014 год никто не занимался в тамошних военных ведомствах ничем, кроме разворовывания, распродажи и бюджетных распилов.

Но вот почему никому не приходит в голову поставить вопрос об эвакуации города с совокупным гражданским населением около 480 тысяч человек, когда на него надвигаются значительные силы неприятельской (к тому же, по версии Порошенко, иностранной) армии, я не понимаю. Боятся, что это будет воспринято как «пораженчество»? С советских людей станется думать в таком ключе. Но, например, в Израиле, когда какие-то его районы оказываются в зоне вражеского огня, для защиты мирного населения предпринимается никак не меньше усилий, чем для отражения военной угрозы силами Армии. Не потому, что в Израиле живут одни сплошные пораженцы, а скорее ровно наоборот — потому, что жизнь своих граждан там ценят выше любых иных тактико-стратегических соображений.

Этот вопрос мне в целом совершенно непонятен, и я буду признателен украинским читателям за разъяснения. Вот, есть некая абстракция, которая называется «суверенитет Украины в пределах её международно признанных границ». И довольно логично, что Украина защищает этот концепт на любых международных форумах. Но тут же есть некая конкретика: 480.000 жителей Мариуполя, граждан Украины, на которых с востока движутся танковые колонны «ополченцев». Считает ли Украина этих граждан безусловно своими? Готова ли она что-то сделать, чтобы они завтра не разделили статус жителей Донецка и Луганска? Или её к ним отношение зависит исключительно от того, где сегодня пролегла линия фронта?

Мы уже видели, как Украина вышла из соцобязательств перед пенсионерами и иными бюджетниками на территории, которая ей не подконтрольна. С точки зрения борьбы с Россией, это был, наверное, блистательный маневр, заставивший Россию задуматься, на кой хер ей нужны эти новоявленные паразиты. Но жители Мариуполя, пока что подконтрольного Украине, тоже всё это видели. И что они должны сегодня думать? Что если ВСУ не сумеют отстоять город, то Киев тупо прикарманит их пособия и пенсии?

Я не оправдываю военные действия, направленные столь явным образом на прокладывание сухопутного пути из России в Крым, а просто хочу понять: сделала ли Украина хоть что нибудь, чтобы жители городов на этом пути захотели им помешать.