March 14th, 2015

sanskrit

Вы возите прехитро

Как обещал, делюсь путевыми заметками о словенском языке.
Он совершенно прекрасен, потому что одновременно и похож, и не похож на другие славянские наречия, и никогда не угадаешь, где их знание тебе поможет, а где, наоборот, собъёт с толку.
Урник
Например, по-чешски хитрость — это ум.
То ли дело в Словении.
У них хитрость — это скорость.

Впервые превысив в Словении скорость, я даже не понял, чего от меня хотят.
На дисплее было написано: Ваша хитрость — 70.
Я, грешным делом, подумал, что они научились у водителей проезжающих машин измерять IQ. И делить на два с половиной.

Но в Словении эти дисплеи оформляются разными надписями. На следующем я прочитал:
Vy vozite 70. Prehitro!
Тут уж легко было сообразить, что я еду 70 км/ч, и это слишком быстро.
Скинул до 50, на дисплее показали галочку и написали Hvala.
То есть «спасибо» — и на сербскохорватском языке, и на словенском тоже.

Словенский язык, впрочем, заметно отличается от сербско-хорватско-черногорского, несмотря на совпадения по словарю. Что у них «потник» — это паспорт, я выучил ещё в Хорватии, он так называется по обе стороны словенско-хорватской границы. Но школа у хорватов — это škola. А у словенцев šola (видимо, немцы их приучили, что sch=ш). Соответственно, в каждой деревне есть šolski pot — школьный переход через дорогу.

У каждого словенского учреждения есть свой урник, от немецкого Uhr, то есть час. Урник — это расписание, часы работы. А «сколько времени?» по-словенски будет «Koliko je ura?». Гостиница называется gostišče (гостище), трактир — gostilna.

Ещё в словенском языке непривычным образом чередуются d и j. Например, курильщики у них kadilci, а процесс курения — kajenje (по другую сторону хорватской границы курильщик — pušač, а процесс — pušenje). Компьютер у словенских товарищей — рачунальник, туалет — stranišče (странище, страшно даже предположить от какого глагола).
lemonde

Почему Украина — не Европа

В продолжение темы про словенский язык — снял я в районе Триеста одну открытку, которую хочу показать бывшим согражданам из Украины и стран Балтии.
Карабинеры
Carabinieri — это, понятное дело, итальянская полиция.
А кто ж тогда такие Orožniki?
А это они же, только на словенском языке.
Потому что в итальянских провинциях Триест, Гориция и Удине словенский язык совершенно официально используется властями Италии для общения с местным населением, для которого этот язык родной.

Прибалты нам на это могут ответить: ну да, потому что словенцы — коренное нацменьшинство.
В отношении которых использование их языка есть жест доброй воли и восстановление исторической справедливости.
А русские у нас — пришлые оккупанты, этот язык был нам навязан силой оружия, теперь мы от него избавились.
Ну, допустим. Но только я ещё с Италией не закончил.
На северо-востоке Италии есть Южный Тироль, там живёт немецкое население. Явно оно не коренное, а появилось тут в связи с австрийской оккупацией северных итальянских земель. Тем не менее, в Южном Тироле власти Италии совершенно официально используют немецкий наравне с итальянским.
А на северо-западе Италии есть долина Аосты, где живут потомки других оккупантов — французы. И там французский язык используется для официальных нужд совершенно на равных правах с государственным итальянским.
И нет у Италии по этому поводу никаких комплексов, а наоборот — это считается совершенно естественным.
Франкофонному населению удобнее на французском, германскому — на немецком, славянскому — на словенском.

А ещё в Италии есть закон о правах ребёнка, и он говорит, что любой ребёнок, находящийся на территории страны, имеет право на среднее школьное образование, совершенно независимо от визового статуса его родителей. То есть если ты иностранец и оказался в Италии с детьми, хоть бы и по туристической визе, ты можешь этих детей отдать в итальянскую школу. А чтобы у них не возникло проблем в связи с незнанием итальянского, местные власти выделят твоим детям помощника, говорящего на одном с ними языке, чтобы он помог детям освоиться в незнакомой среде.

Ватники, конечно же, объяснят нам, что это всё гейропейская толерастия, которая погубит Евросоюз, а единственно правильное решение проблемы — то, что принято в России: окружить приезжих детей атмосферой ненависти и унижения, авось это вынудит их родителей свалить восвояси. Но вроде как Украина и Прибалтика не хотят оставаться ватным совком. А хотят быть частью Европы и разделять её ценности. В этом случае им нужно усвоить, что цивилизованная Европа ни разу не делит свои национальные меньшинства на «оккупантские» и «коренные». Она старается стать одинаково комфортным местом для проживания людей любых национальностей. Понимаю, как дико это звучит для ватника и совка, но и вы поймите: пока для вас это дико звучит, вам в Европе не место.
0solovyevorel

Зондеркоманда с Китай-города

В Медузе — прекрасный репортаж Даниила Туровского про Роскомнадзор.

Это, пожалуй, самое бессмысленное ведомство в России, призванное с раннего утра до поздней ночи, без праздников и выходных, затыкать пальцем дыры в плотине, чтобы остановить свободный поток слов и мыслей в мировом Интернете. Цели этой деятельности никем внятно не определены и не прописаны, инструментарий — крив и примитивен, результаты — позорны и смехотворны.

При этом трудится в той организации не какая-нибудь малолетняя нашистская шпана, набранная из отбросов общества и упоённо отрабатывающая паёк, а достаточно взрослые дядьки, с послужным списком и биографией, которые в принципе понимают, насколько нелепыми и бессмысленными являются задачи, в 2012 году возложенные на них партией. Время от времени в их заявлениях это осознание прорывается: это не мы принимали законы, напоминают они. Мы только их исполняем. Даже те законы, про которые сами не понимаем, как они должны работать. Но если мы не заблокируем то, что нам велели, нас самих накажут...

В сущности, миссия у дядек — как у зондеркоманды в Освенциме. Обслуживать репрессивный конвейер, работать операторами машины подавления — при том, что не они ту машину придумали, и решения о её работе тоже не они принимают. Включая и решение, что именно им поручено составление расстрельных списков и приведение приговоров в исполнение.

Самая главная миссия Роскомнадзора, до которой дело ещё пока не дошло — однажды отключить в России Интернет, весь целиком. Для этого уже разработана и принята вся необходимая нормативная база, вкючая и решение Конституционного суда РФ о том, что случайная блокировка сторонних ресурсов не нарушает никаких законов. Вся нынешняя глупая суета, вроде выявления и блокировки 265 зеркал сайта Grani.Ru — всего лишь разминка перед окончательным решением вопроса о свободном информационном обмене в России. Наступит час «Ч», сверху спустят приказ нажать кнопку — и они её нажмут. Собственно, ожидание этого приказа и составляет основное содержание работы ведомства. Но когда поступит тот самый приказ, дядьки из Роскомнадзора не знают точно так же, как не знаем этого мы. С ними, точно так же, как и с нами, никто по этому поводу не будет даже советоваться.
0casanova

Почему нельзя верить Бродскому

Всякий, кто когда-либо пытался использовать «Набережную Неисцелимых» Бродского в качестве путеводителя по реальной физической Венеции, её достопримечательностям и персоналиям, довольно скоро убеждался, что книга для этих целей пригодна не больше, чем воспоминания Марко Поло — для путешествий по Китаю.
Иосиф Бродский в Венеции. Фото Марии Соццани
Начать можно прямо уже с того, что в Венеции нет и никогда не было набережной с названием Fondamenta degli Incurabili, которое вынесено Бродским в заглавие его эссе. Тот кусок Дзаттере, на котором расположена бывшая Больница Неисцелимых, называется Zattere allo Spirito Santo.
Мадонна Беллини, палец которой застыл в дюйме от пятки младенца, не висит в церкви Madonna dell'Orto ни днём, ни ночью: она находится в совсем другом храме.
«Архитектурная сволочь» не строила здание банка на Campo Manin (ибо сволочь вообще не была архитектором, а уродину отгрохали в 1964 году Луиджи Нерви и Анджело Скаттолин — ни тот, ни другой не был женат на графине Дориа де Дзулиани).
Пансион «Accademia Villa Maraveghe» — не жуткий, пропахший мочой притон для бедняков, но в высшей степени приличное и уютное заведение, в ограде которого, помимо собственно зданий гостиницы, есть собственное campo с широченным причалом и большой тенистый сад с оранжереей. В последнюю четверть XVIII столетия там даже располагалось посольство Российской Империи в Венеции.

Поначалу, натыкаясь на подобные неточности, начинаешь подозревать автора в небрежности факт-чекинга. Вскоре осознаёшь, что многие истории в тексте искажены вполне сознательно – но при этом в них нет, как у Набокова, игры с проницательным читателем в угадайку: у доинтернетовского читателя просто не было способа угадывать персонажей и сличать их вымышленную биографию с действительной. Если самому Бродскому негде было узнать, что он обитает в аппартаментах графа Мордвинова, последнего российского посла в Светлейшей, то откуда ж его читателю догадаться, какие здания строил муж Мариолины Мардзотто Дориа де Дзулиани?! Тем более не предполагалось, что читатель отправится на берега канала Сан Тровазо за туманом и за запахом мочи.

В итоге приходит некоторое примирение и осознание, что в эту игру в неточности Бродский, по сути дела, играл сам с собой. Ведь главная метафора его книги о Венеции — кривые зеркала, неверные и разбитые отражения, лукавые двойники реальности. «Набережная Неисцелимых» — тоже своего рода кривое зеркало, отразившее жизнь автора и его любимого города сквозь рябь поэтических вольностей, нагнанную ветром его воображения ради общей красоты картины.

В этом смысле довольно примечательно стихотворение 1988 года, где Бродский сообщает, что приплыл в Венецию из Египта. Вернее, «тоже приплыл» — потому что первым и самым знаменитым пассажиром корабля из Александрии был святой покровитель города, евангелист Марк, останки которого, прикрытые свиными шкурами от любопытства магометанской таможни, в 820 году были доставлены из Египта в Венецию контрабандой. Подвох состоит в том, что паром, на котором приплыл в Венецию Бродский, действительно следовал из египетской Александрии. Только вот сам Бродский сел на него не в Египте, а в греческом Пирее, на последнем участке плавания, предварительно добравшись до Афин самолётом. Впоследствии поэт сам оправдывал свой вымысел в том смысле, что красота сюжета — повторить путь евангелиста из Александрии в Венецию — показалась ему важней унылой правды жизни.

Думается, этот ключ к поэтическим вольностям Бродского — самый продуктивный. Поэт имеет право нагнуть реальность в любом направлении, лишь бы на выходе случилась красота словесного построения. А кому интересно, в какой церкви какая картина висит — use the Google, как говаривал Джордж Буш-младший. Бродский для этого совершенно не нужен. Он про другое.
00Canova

Зондер что?! Цензура в топе ЖЖ

Мой утренний пост про зондеркоманду не прошёл цензуру в топе ЖЖ:
Зондеркоманда
Я даже не понимаю, что за непристойность они там вычислили.
Но зацензурировали по полной программе.

То есть кто-то ходит на работу и получает full-time зарплату за редактирование заголовков постов в ЖЖ, где у них табуированным является слово «команда», потому что в фильтры угодило слово «манда», и оно теперь заменяется звёздочками. Хорошо, что мой пост был не про мандарины.

Самое смешное — что этим ревнителям нравственности платят зарплату.