December 1st, 2015

0Banksy

Лёгкий способ победить безумие

Прекрасная книга Екатерины Шульман «Практическая политология: пособие по контакту с реальностью» имеет для рецензента тот существенный недостаток, что цитировать её хочется целиком, подряд и без купюр. Потому что автор имеет счастливый талант просто говорить о простых вещах, объясняя доступным языком, почему Земля — круглая, вода — мокрая, а Госдума — глупая. На обоснование любого из этих тезисов уважающий себя кабинетный учёный не пожалеет монографии, а диванный аналитик — 100500 букв, но Екатерина Шульман формулирует так, как будто у неё в запасе всего одна жизнь, и тратить её на разжёвывание очевидных вещей — попросту жалко. Особенно, если эти вещи можно разложить по полочкам за один ёмкий абзац.

Как эта магия здравого смысла работает на практике — просто покажу на примере одной главы из книги Екатерины Шульман. Это на самом деле её колонка «Практический Нострадамус, или 12 умственных привычек, которые мешают нам предвидеть будущее», опубликованная меньше года назад газетой «Ведомости» и открывающая сборник.

Итак, цитирую подряд и без купюр:

За прошедший год мы наслушались разнообразных пророчеств, и редкий из нас удержался от соблазна побыть Вангой и предсказать глад, мор, войну и конец света. Однако в пророческом жанре есть свои опасности: горизонт грядущего застят предрассудки, суеверия и привычный ход человеческой глупости. Вот основные ошибки, которых следует избегать при составлении пророчеств.

1. Персонификация. Если вам хватило сообразительности хотя бы зарегистрировать аккаунт в соцсети, то вас уже можно не предостерегать от примитивных форм фиксации на роли личности в истории типа «Не будет гражданина Х –— не будет и России». Вы и так догадываетесь, что Россия переживет и гражданина Х, и Y, и нас с вами. Не стоит ассоциировать с конкретной личностью даже политический режим: личность может исчезнуть, режим — сохраниться (или наоборот). Политическая система — сложный организм, и сводить ее к одному человеку — опасная умственная аберрация. Старайтесь избегать рассуждений об отставках и назначениях: если вам сообщили «инфу 100%», то информатором, скорее всего, двигала не любовь к истине, а аппаратный расчет. Стремитесь подняться на следующий уровень обобщения, а не заниматься придворной политологией, которая всегда отдает лакейской.

2. Исторические параллели. Пора перестать понимать буквально шутку Маркса над Гегелем: история не повторяется ни как трагедия, ни как фарс. Поскольку количество исторических фактов бесконечно, велика вероятность, что чрезвычайное сходство прошлого с настоящим основано либо на магии цифр (1914/2014), либо на высвечивании одних явлений и игнорировании других. Но главный грех параллелизма даже не в том, что это самый легкий способ продемонстрировать свою историческую неграмотность, а в том, что такого рода мышление отрицает прогресс. Поклонники теории вечного возвращения живут в неподвижном мире, где окружающие враги вечно сдерживают вечно возрождающуюся Россию и никто никогда никого не победит и ни с кем не договорится: так уж мир устроен. Этот тип сознания характерен для Средневековья с его идеей колеса фортуны: ничего не меняется, все повторяется. Так мыслили люди аграрного общества. Крестьянский труд был построен на циклах, опыт в нем был важнее новации, а прогресса не существовало. Великие географические открытия и индустриальная революция разорвали округлый и замкнутый мир Средневековья, заменив колесо дорогой прогресса, уходящей в будущее. В традиционной картине мира было много обаятельного, но возврата к ней нет.

3. Географический кретинизм. Этот пункт следует из предыдущего: те же люди, которые отрицают время, обожествляют пространство. Смены эпох для них не существует, зато география — это судьба. Сравнение, скажем, российского политического режима с венесуэльским представляется им оскорбительным: как можно равнять нашу могучую родину с латиноамериканцами? Зато сравнение России нынешней с Россией Ивана Грозного, не имеющей с ней ничего общего ни экономически, ни культурно, ни социально, кажется им вполне адекватным. Между тем историческое время течет для всех и судьба страны не зафиксирована ее географией: будущее определяется в большей степени уровнем развития граждан и общественных институтов. Поэтому родственные политические режимы на разных концах земли ведут себя схожим образом, а в жизни южных и северных корейцев нет ничего общего.

4. Вульгарный материализм. Из фетишизации территории логически вытекает и поклонение «ресурсам», под которыми обычно понимают богоданные углеводороды, полностью определяющие жизнь пространства, под которым они залегают. Выпускники советских школ особенно склонны линейно понимать экономический детерминизм. Моление на цену барреля Urals равно характерно для столпов режима и для ожидающих его кончины оппонентов. Да, ухудшение экономической конъюнктуры сужает ресурсную базу, посредством которой режим покупает лояльность. Но как он будет действовать в этих условиях — зависит в большей степени от его внутренних институтов и внешнеполитического окружения.

5. Вульгарный идеализм. Ожидая от власти тех или иных решений или заявлений, помните, что она существует не в платоновской вселенной, где идея немедленно становится реальностью. Избегайте рассуждать о мифической «политической воле», при наличии которой все возможно: чем выше в политической системе стоит человек, тем больше он связан условиями этой системы — а не наоборот, как часто думают. У нас контрольно-ревизионное управление президента занимается подсчетом уровня выполняемости президентских указов — он и в сытые годы редко превышал 70%, а ведь указы в нашей правовой системе касаются вопросов очень конкретных. Насколько выполняются федеральные законы — подсчитать вообще затруднительно.

6. Обратный карго-культ. Карго-культ — это вера, что изготовление моделей самолетов из навоза и соломы привлечет настоящие, которые привезут много тушенки. Обратный карго-культ характерен для стран догоняющего развития, его особо придерживаются их политические элиты. Они проповедуют, что в Первом мире самолеты тоже из соломы и навоза, а тушенки нет. Только там ловчее притворяются и скрывают этот факт. Когда вам снова расскажут про тщету буржуазных выборов, комедию парламентаризма и насилие в полиции, помните: самолеты существуют, и люди на них летают. Так же реальны экономическая конкуренция, свободные выборы и независимый суд.

7. Катастрофизм. Все пишущие любят драматические эффекты, но не стоит строить свой прогноз по литературным образцам, чтобы в конце все непременно умерли или поженились. Выявив в окружающей реальности некий фактор, не протягивайте его в бесконечность по идеальной плоскости. В той же реальности действуют мириады других факторов, которые вы не учли. Исторический процесс не заканчивается никогда — даже Фукуяма прогадал со своим «Концом истории», а уж вы с пророчеством распада России к Новому году тем более опозоритесь. Прежде чем прогнозировать крах, смерть или финал чего бы то ни было, примите во внимание силу инерции, инстинкт самосохранения, свойственный не только людям, но и системам, а также тот факт, что, по английской пословице, мельницы бога мелют мелко, но очень медленно. Если уж вам неймется побыть Кассандрой, следуйте классическим образцам: будьте кратки, зловещи и невнятны. Перейдя реку, разрушишь великое царство. Два войска вступят в битву, но только одно из них победит.

8. Конспирология. Конспирологические теории любой сложности строятся на одной базовой предпосылке: существуют скрытые пружины событий, которые можно изобличить хитрым сопоставлением отдельных фактов. Но припоминает ли кто-нибудь случай, когда открылась бы тайна, неведомая современникам, которая перевернула наши представления о том, как оно все (неважно что) было на самом деле? Увы, за вычетом инсайдерских деталей, кажущихся важными только на близком расстоянии, все значимые исторические процессы на самом деле являются именно тем, чем они представлялись людям, жившим в то время. Все тайное не только становится явным; оно еще и обречено быть малозначительным, потому что все важное лежит на поверхности и наблюдаемо невооруженным глазом. Миром не правят тайные организации (иезуиты, тамплиеры, сионские мудрецы), миром правят явные организации – правительства, парламенты, армия, церковь, коммерческие корпорации. Успешный заговор не переворачивает ход истории, а представляет собой набор усилий по организации восхода солнца вручную.

9. Внешний контроль. Картина мира, в которой никакая страна не управляет своими делами, но каждая управляет делами соседа, представляет собой одну из разновидностей конспирологии. Только место подпольных правительств занимают внешние враги — тоже маскирующиеся, так что общая атмосфера мрачной тайны, дорогая сердцу конспиролога, сохраняется. Меняется ли курс национальной валюты, растет или падает общественная активность, начинают молодые люди носить штаны нового фасона, выпускает писатель роман - причины этого всегда находятся не в социуме, а вовне его. Беда в том, что хотя аутсорсинг политической ответственности за рубеж - хороший способ выставить себя ни в чем не виноватым, он лишает страну субъектности. Это особенно абсурдно в случае России — большой страны с многочисленным, преимущественно городским и грамотным населением.

10. Фантазии о Китае. Рассуждаете ли вы о китайской угрозе или китайской помощи, помните, что об этой стране мы на самом деле мало что знаем и значительная часть наших представлений — это попытки европейского ума представить себе Другого. Китай во многих околополитических рассуждениях является в качестве символа некоей хтонической угрозы, безликого множества, которое нахлынет и убьет (или, вариант последнего времени, одарит несметным богатством). Имейте в виду, что демографы утверждают: желание китайцев заселить пустующую Восточную Сибирь — публицистический миф. Китай переживает сейчас тот же процесс, через который прошли в свое время все индустриальные державы, — урбанизацию. Китайцы не хотят жить на просторах Восточной Сибири, они хотят жить в своих крупных городах, куда в массовом порядке и уезжают.

11. Цитаты из великих. Никакие официальные лица никогда не заявляли, что Россия несправедливо владеет Сибирью. Маргарет Тэтчер не говорила, что в России должно остаться 15 млн человек. Бисмарк не утверждал, что для погубления России необходимо поссорить ее с Украиной. Проверяйте источники! Значительная часть цитат великих людей, бродящих по интернету, сочинена маргинальной патриотической прессой 1990-х и популяризирована одичавшими телеведущими 2010-х. Особенно страдают Столыпин, Рейган, Черчилль, Маргарет Тэтчер, Мадлен Олбрайт, Геббельс, Ницше, Оскар Уайльд и все Романовы. Помните: чего нет в Oxford Dictionary of Quotations — того не существует. За русскоязычными цитатами можно сходить в Википедию, но перепроверять придется все равно.

12. Разговоры с народом. Не пересказывайте ваши беседы о внешней и внутренней политике с таксистом, няней и ремонтным рабочим. Все люди склонны считать себя существами уникальными, а окружающих — типичными. Если ваши мнения — это результат вашего индивидуального мыслительного процесса, то почему тогда таксист, рассуждающий о войне с Украиной, говорит от имени всех «простых людей» обитаемой Вселенной? Помните: никакой человек не считает самого себя простым. Признайте за дворником и продавщицей в ларьке право быть таким же сочетанием личного опыта, знаний, предрассудков и психических отклонений, каким являетесь вы сами.
По большому счёту, в эти аккуратно подобранные и сформулированные 12 пунктов уместилась вся цветущая сложность государственных темников, пропагандистских клише, евразийских доктрин и ольгинских методичек последнего десятилетия. Отдельно гениален 6-й пункт, ибо он суммирует творчество сразу нескольких особо продвинутых и просвещённых колумнистов-государственников за всё последнее десятилетие. Используя знание иностранных языков, они выковыривают из заморской прессы курьёзные и постыдные новости, чтобы торжественно предъявить их читателю: вот, смотри, как всё там у них плохо, омерзительно и бездарно. Потому что по-другому же и не бывает. Авось, полегчает. Прочтёшь — и полюбишь наши дороги и медицину, клептократию, Госдуму и шубохранилища, Роскомнадзор и ОВД «Южное». В советское время у этого жанра пропаганды был официальный рубрикатор «Их нравы», и слоган из анекдота: «А у вас зато негров линчуют». Но ведь на самом деле это же действительно «Обратный карго-культ». То есть абсолютно дикарское представление о том, что если в России не умеют производить микропроцессоры — значит, их вообще не существует в природе. А внутри каждого айФона сидит маленький негр, который все вычисления производит в уме под воздействием плётки дяди Сэма.
IDF logo

Штирлиц и агент Клаус: два советских шпиона в одной камере израильской тюрьмы

В Париже вчера умер герой одного из самых громких шпионских скандалов в истории Израиля, 97-летний Маркус Клингберг. Он родился в Польше в 1918 году, бежал оттуда в СССР после прихода нацистов, 22 июня 1941 года пошёл добровольцем в советскую армию, был ранен на фронте, затем возглавлял санитарно-эпидемиологические службы в тылу и на освобождённых от немцев территориях. Вернулся в Польшу, где возглавлял эпидемиологическую службу минздрава, а в ноябре 1948 года с женой и дочерью приехал в Израиль, пошёл там в армию, дослужился до полковника. Создал на базе ЦАХАЛа Центральную исследовательскую лабораторию по военной медицине, а с 1957 года стал научным директором секретного израильского Института биологических исследований. Занимал эту должность 15 лет, затем возглавил кафедру социальной и профилактической медицины в Тель-Авивском университете. Вёл исследовательскую работу в Оксфорде и университетах США, участвовал в конференциях ВОЗ... И всё это время он передавал КГБ израильские военные секреты. Потому что был твердокаменным идейным коммунистом, и работал на советскую разведку из убеждений. К шпионажу он привлёк жену и двух друзей. Дочь воспитал так, что в 1975 году она вышла замуж за израильтянина, отбывавшего тюремный срок за шпионаж в пользу Сирии. Когда эта дочь в итоге свалила во Францию, то родила там сына, который сегодня представляет французскую компартию в муниципалитете Парижа. Деньги от КГБ за свою работу Клингберг не получал — зато до конца дней получал от израильского налогоплательщика армейскую пенсию, эквивалентную 2000 евро...

Спалил советского шпиона двойной агент, присланный КГБ в Израиль под видом репатрианта в 1982 году, и сразу же по прибытии перевербованный «Мосадом». В 1983 году Клингберга арестовали, судили, дали 20 лет, из которых первые 10 он провёл в одиночном заключении. Затем его перевели в общую камеру ашкелонской тюрьмы «Шикма», а в 80-летнем возрасте, по ходатайству Amnesty International, перевели под домашний арест, где он и досиживал последнее пятилетие своего срока — оплачивая из собственного кармана все повышенные меры безопасности, которые израильские спецслужбы поставили условием выхода из тюрьмы (пришлось продать тель-авивскую квартиру). После освобождения уехал к дочери в Париж, где 4 года спустя написал (в соавторстве с адвокатом, представлявшим его на суде) мемуары на иврите «Последний шпион», а вчера скончался.

Любопытный эпизод эпопеи Клингберга связан с его переводом в общую камеру «Шикмы». Соседом его оказался другой советский шпион, с ничуть не менее удивительной судьбой, и во всех смыслах — прямая противоположность Клингбергу.

Шимон Левинзон не был заслан в Палестину по заданию советской разведки, как его сокамерник — он родился в Иерусалиме в 1933 году, окончил там хорошую среднюю школу, в 17 лет призвался в Армию обороны Израиля и прослужил там 28 лет на разных бюрократических и представительских должностях. За выслугу лет получил полковника, но дальше его продвигать никто был не готов, потому что ни на одной из должностей он не зарекомендовал себя с положительной стороны. Все отрезки его служебной карьеры были обременены скандалами, интригами, провалами и другими эпизодами полного служебного несоответствия. Тем не менее, после увольнения в запас армия Левинзона не забыла — его бесконечно назначали спецпредставителем или офицером связи при разных международных организациях, от двухсторонних военных комиссий до штаб-квартиры ООН. И снова он нигде себя не проявил, карьеры не сделал, так что в итоге бросил израильскую госслужбу и нанялся чиновником в военную миссию ООН в Таиланде. Параллельно всю дорогу пытался заниматься бизнесом, но получалось это у него ещё хуже, чем продвижение по служебной лестнице. В итоге, растратив на убыточные предприятия все деньги, заработанные в армии и в ООН, он в 1983 году пришёл в советское посольство в Бангкоке и предложил продавать израильские военные секреты КГБ. Чем и занимался в те годы, которые Клингберг отсидел в одиночке. Когда военные секреты у него закончились, Левинзон вернулся в Израиль и по протекции армейских друзей получил очередное хлебное место работы — гендиректором т.н. «министерства главы правительства» при премьер-министре Шимоне Пересе. КГБ получил доступ во всем документам его канцелярии — впрочем, ненадолго, потому что горе-шпиона через пару лет выгнали оттуда за плохую работу. В мае 1991 года Левинзона ареcтовали. Суд длился 2 года, причём свидетелями со стороны защиты выступали два бывших начальника генерального штаба Армии обороны Израиля: будущий премьер-министр Ариэль Шарон и министр транспорта Рафаэль Эйтан (за время процесса оба успели лишиться портфелей из-за падения правого правительства). Суд установил, что суммарная выручка Левинзона за годы сотрудничества с КГБ составила около 30.000 долларов. Приговор составил 12 лет тюрьмы и разжалование до старшего сержанта. Треть срока ему впоследствии скостили за примерное поведение, и в 1999 году выпустили (впрочем, запретив выезд из страны). В том же году, когда Клингберг вышел из-под домашнего ареста, Левинзону вернули загранпаспорт. Отвергнутый друзьями, исключённый из ветеранских организаций, он тоже не стал задерживаться в Израиле. Левинзон уехал в Таиланд, и в свои 82 года по сей день трудится там консультантом по вопросам сельского хозяйства.

И вот, я представляю себе двух этих соратников в душной камере ашкелонской «Шикмы». Один — профессор с мировым именем, фронтовик, врач, спасавший людей от эпидемий. Идейный Штирлиц, засланный в тыл к сионистам, бескорыстно помогающий СССР с ними бороться. А другой — жалкий лузер, никчемный кадровый бюрократ, проваливший все офицерские экзамены, к 50 годам отчаявшийся заработать на жизнь честным трудом, и в итоге продавший свою единственную Родину её смертельному врагу — за гроши, которых ему не хватило даже на покупку квартиры в родном городе. Одним словом, агент Клаус, мерзкое и убогое ничтожество. Но сидят эти двое в одной камере, осуждены за одно и то же преступление, оба знают про себя и друг про друга, что осудили их совершенно по делу, и служили они одному и тому же хозяину. Который в провале агента Клауса даже не слишком виноват (читаем мемуары Шебаршина, чтоб понять, какой там бардак в 1991 году творился), а вот верного своего Штирлица этот хозяин слил очень тупо и бездарно, поручив вполне случайному, не проверенному в деле сексоту выйти с ним в Израиле на связь.

Что должен почувствовать идейный Штирлиц-Клингберг, оказавшись в одной камере с таким соратником?
Осознавая, что для миллионов израильтян — его сограждан, его коллег, сослуживцев, соседей по лестничной клетке — сам он ничем от этого агента Клауса не отличается: такой же подлый враг, помогавший арабским режимам убивать евреев, и слава Богу, что вычислили, обезвредили и посадили. Глядя на Левинзона, понимал ли Клингберг, что смотрит, по сути дела, в зеркало? И думал ли об этом тот израильский силовик, который обеспечил двум советским шпионам совместное проживание в камере? Или он просто руководствовался практическим соображением, что, заперев двух советских шпионов вместе, он не обогатит иностранные разведки никакими новыми сведениями?

Мне кажется, что это эпический сюжет, круче любой «Идентификации Борна». Вот бы кто-нибудь написал про их быт в «Шикме» пьесу или сценарий.
0Banksy

Чайки и Цапки: анатомия криминала в российской власти

Фонд борьбы с коррупцией сегодня выпустил фильм о семейном бизнесе генпрокурора Российской Федерации:

Про историю с крышеванием подмосковных подпольных казино мы все слышали.
Там в процессе выяснилось, что высшие чины генпрокуратуры — не просто рэкетиры и оборотни, как мы привыкли, но ещё и законопослушные граждане стран Шенгенского соглашения.
Официальное расследование, как это всегда и бывает в клептократических обществах, закончилось ничем.
Поочерёдно, под разными предлогами, от ответственности освобождены все фигуранты.
Фильм рассказывает, куда девались деньги, наваренные не этом бизнесе семейством генпрокурора.
Кадр из фильма ЧАЙКА
А заодно и о том, как бизнес этой семейки слился воедино с капиталами легендарных Цапков — героев истории о массовом убийстве в станице Кущёвской в Краснодарском крае.
Как верхушка Генпрокуратуры РФ крышевала «банду GTA» — преступную группировку, несколько месяцев убивавшую шофёров в Подмосковье.
Там тоже обильные криминальные и финансовые связи с семьёй генерального прокурора РФ.

Рано или поздно, преступные семейства за всё ответят. И за убийства в станице Кущёвской, и за крышевание подмосковных казино, и за отмывку преступных денег за границей, и за банду GTA. Увы, не при нынешней власти, спустившей все эти дела на тормозах, потому что руководство банды умело заносить долю выручки на самый верх пресловутой вертикали.