June 9th, 2016

medvedev george

Вы держитесь здесь, просто денег нет

Понимаю, что все вы уже посмотрели этот ролик, и не по одному разу, но не могу удержаться от удовольствия его тут запостить. Как учили меня в школе, повторение — мать учения.

Ну, и текст заодно. Есть мнение, что с текстом удобней разучивать, чем на слух.
[Здравствуйте все российские люди, я ваш премьер]Здравствуйте все российские люди, я ваш премьер.
Чтобы жили вы лучше, мы приняли ряд эффективных мер.
Круглосуточно, не смыкая глаз, мы работали,
занимались мы вашими нуждами и заботами.
И я рад сообщить вам итоги работы последних лет:
Результаты есть, просто денег нет.....

Припев:
Хорошего вам настроения
Хорошего вам настроения
Хорошего вам настроения
Вы держитесь здесь, просто денег нет

Всё рассчитано, всё работает как часы у нас:
Продаётся нефть, продаётся лес, продаётся газ,
Заключаются сделки крупные с иностранцами,
И текут отовсюду большие потоки финансов к нам.
Такого подъёма страна не видела много лет,
Чем гордиться - есть, просто денег нет.

Припев:
Хорошего вам настроения (держитесь там)
Хорошего вам настроения (просто денег нет)
Хорошего вам настроения
Вы держитесь здесь, просто денег нет

В общем, такие у нас отличные новости,
В отпуск уходим мы радостно, с чистой совестью,
В награду за то, что работали мы, не смыкая глаз,
Ждут роскошные яхты и частные самолёты нас.
Ждут Мальдивы нас, Монте-Карло ждёт, Лондон и Пхукет.
Мы бы взяли вас, просто денег нет.

Припев:
Хорошего вам настроения (и всего доброго)
Хорошего вам настроения (здоровья главное)
Хорошего вам настроения (главное это здоровье)
Вы держитесь здесь, просто денег нет

Хорошего вам настроения
Хорошего вам настроения (осенью увидимся)
Хорошего вам настроения
Вы держитесь здесь, просто денег нет.

00Canova

Понапрасну ночь за ночью жгли

Читатель может подумать, что я совсем уже забросил итальянский язык, и самую приятную часть его изучения — песни. Не тут-то было.

Для разнообразия сегодня возьмём песню отечественного производства. Написал её в 1924 году в Москве композитор Борис Фомин, на слова Константина Подревского. Однако в СССР, вскоре после первого исполнения Тамарой Церетели, она была запрещена как антисоветская и контрреволюционная (композитор Фомин как-то пережил, а поэта Подревского довольно быстро и успешно к 1930 году затравили). Зато в русских эмигрантских кругах, в исполнении Александра Вертинского, она получила огромную популярность — там, как и в СССР, глубоко прочувствовали её антисоветскую и контрреволюционную сущность. Речь, конечно же, о романсе «Дорогой длинною».

В послевоенные годы тот же самый Вертинский, возвратившись в СССР, сумел вернуть эту песню в советский репертуар. Видимо, к тому моменту в стране уже успели расстрелять предыдущее поколение цензоров, а у молодой их поросли не было такого однозначного отношения к любой ностальгической интонации как к проявлению ползучей контрреволюции. Тем более, что в самом тексте Подревского ничего такого откровенно антисоветского нет — одна печаль о невозвратно ушедшем веселье юности. Прямого отношения к октябрьскому перевороту эта эмоция не имеет, и хорошо понятна даже жителям тех стран, где власть в XX веке сколько-нибудь ощутимо не менялась.

Американский профессор архитектуры и драматург Юджин Раскин, родившийся в 1909 году в Бронксе, знал этот романс с детских лет. Поскольку в свободное от архитектуры и писательства время он с женой Франческой имел привычку разъезжать по миру с концертами самодеятельной песни, то однажды его посетила светлая мысль перевести стихи Подревского на английский и включить романс в репертуар семейного дуэта. Так родился шлягер Those Were The Days, исполнением которого супруги Раскины заканчивали каждый свой концерт в лондонском клубе Blue Angel, куда они ежегодно приезжали на гастроли. В числе слушателей однажды оказался Пол МакКартни; это было в те самые дни, когда у Битлз уже образовался свой лейбл звукозаписи Apple Records, и обсуждались планы записывать на нём не только собственные песни ливерпульской четвёрки.

Услышав романс Фомина на стихи Раскина, Пол МакКартни немедленно приобрёл на него права, и вскоре на лейбле Apple Records вышла версия Those Were the Days в исполнении 18-летней валлийской вокалистки Мэри Хопкин (которая незадолго до этого засветилась в телешоу для юных дарований, ставшем прообразом всяких позднейших «Фабрик»). И для Хопкин, и для Apple Records сингл с романсом Фомина стал дебютным, но успех оказался ошеломляющим. В Великобритании и Канаде песня сразу же возглавила чарты, в США — застряла на втором месте, не сумев оттуда сдвинуть битловскую же Hey Jude...

Не останавливаясь на достигнутом успехе, МакКартни тут же записал романс в исполнении Хопкин на немецком, испанском, французском и итальянском языках (не торопимся удивляться полиглотству юного дарования: вспомним, что английский тоже не был для неё родным). Потом все эти 4 версии поочерёдно спели Далида и Сэнди Шоу (записавшая также английский вариант). Разные языковые версии возглавили чарты Франции, Германии, Швейцарии, Бельгии, Дании, Финляндии, Швеции, Норвегии, Голландии, Испании и Польши, добрались до второго места в Австрии, Австралии, Новой Зеландии и ЮАР. Только в Италии русский романс не поднялся выше 15-го места в чартах. Хотя, на мой вкус, итальянский вариант текста — самый красивый из всех переводов. И, конечно же, Далида кроет всех остальных исполнительниц, как бык овцу.

Тексты, собственно, вот (как видим, по сравнению с английским вариантом Раскина французский и итальянский перевод вышел сокращённым):
Once upon a time there was a tavern
Where we used to raise a glass or two
Remember how we laughed away the hours
And dreamed of all the great things we could do

Those were the days my friend
We thought they'd never end
We'd sing and dance forever and a day
We'd live the life we choose
We'd fight and never lose
For we were young and sure to have our way.

Then the busy years went rushing by us
We lost our starry notions on the way
If by chance I'd see you in the tavern
We'd smile at one another and we'd say

Those were the days my friend
We thought they'd never end
We'd sing and dance forever and a day
We'd live the life we choose
We'd fight and never lose
Those were the days, oh yes those were the days
La la la la...

Just tonight I stood before the tavern
Nothing seemed the way it used to be
In the glass I saw a strange reflection
Was that lonely woman really me

Those were the days my friend
We thought they'd never end
We'd sing and dance forever and a day
We'd live the life we choose
We'd fight and never lose
Those were the days, oh yes those were the days
La la la la...

Through the door there came familiar laughter
I saw your face and heard you call my name
Oh my friend we're older but no wiser
For in our hearts the dreams are still the same

Those were the days my friend...
C'era una volta una strada
Un buon vento mi porto la giu
E se la memoria non m'inganna
All'angolo ti prese in tassi tu
Quelli erano giorni si
Erano giorni e tu
Al mondo no, non chiedere di piu
Noi ballavamo un po
E senza musica
Nel nostro cuore
C'era molto piu
La, la, la...
Poi si sa col tempo anche le rose
Un matino non fioriscon' piu
E cosi andarono le cose
Il bunon vento non soffio mai piu
Quelli erano giorni si
Erano giorni e tu
Al mondo no, non chiedere di piu
E ripensandoci
Mi viene un oro qui
E se io canto
Questo non vuol dire
La, la, la
Oggi son' tornata in quella strada
Un buon ricordo mi ha portata la
Eri insieme a un gruppo di personne
E racontavi "cari amici miei"
Quelli erano giorni si
Erano giorni e tu
Al mondo no, non chiedere di piu
Noi ballavamo un po
E senza musica
Di la passava la nostra gioventu
La la la...
Dans une taverne du vieux Londres
Ou se retrouvaient des étrangers
Nos voix criblées de joie montaient de l'ombre
Et nous écoutions nos cœurs chanter

C'était le temps des fleurs
On ignorait la peur
Les lendemains avaient un goût de miel
Ton bras prenait mon bras
Ta voix suivait ma voix
On était jeunes et l'on croyait au ciel

Et puis sont venus des jours de brume
Avec des bruits étranges et des pleurs
Combien j'ai passé de nuits sans lune
A chercher la taverne dans mon cœur

Tout comme au temps des fleurs
Ou l'on vivait sans peur
Ou chaque jour avait un goût de miel
Ton bras prenait mon bras
Ta voix suivait ma voix
On était jeunes et l'on croyait au ciel

Et ce soir je suis devant la porte
De la taverne où tu ne viendras plus
Et la chanson que la nuit m'apporte
Mon cœur déjà ne la connaît plus

C'était le temps des fleurs
On ignorait la peur
Les lendemains avaient un goût de miel
Ton bras prenait mon bras
Ta voix suivait ma voix
On était jeunes et l'on croyait au ciel

Понятно, что первыми шестью языками версиями дело не ограничилось — дальше уже подоспели каверы на португальском, иврите, турецком (5 вариантов за один 1968 год), бенгальском, румынском, чешском и, страшно сказать, венгерском. Если порыться в разных дискографиях, можно обнаружить, что процесс создания каверов на эту песню на различных языках не прекращается по сей день.

Удивительно, что из всех версий, которые мне так или иначе понятен, наименее пригоден для изучения как раз прекраснейший русский оригинал несчастного Константина Подревского.
00Canova

Brexit: две недели до референдума

Через 2 недели, 23 июня, в Великобритании пройдёт референдум о выходе Соединённого Королевства из состава Евросоюза. До самого недавнего времени принято было считать, что никаких последствий это голосование иметь не будет, потому что инициатива просто не наберёт необходимого большинства голосов.

Букмекеры по-прежнему так считают, оценивая вероятность сохранения британского членства в ЕС в 73%. Но некоторые опросы последних недель показывают, что число противников выхода из ЕС по мере приближения референдума снижается, а численность сторонников «брекзита» уверенно растёт. К тому же после epic fail британских социологических служб на последних парламентских выборах у политических комментаторов возникло твёрдое ощущение, что в стране сложилась значительная прослойка правоконсервативных «молчунов», мнение которых социологи плохо умеют учитывать. На выборах 2015 года именно эта неучтённая группа избирателей обеспечила правящей партии комфортный перевес в парламенте. А на референдуме 23 июня эти же люди, скорее всего, выступят за отделение — и их голоса приплюсуются сверху к тем, что уже учтены в опубликованных опросах. То есть при желании беспокоиться, повод у противников отделения есть. При этом и у прессы, и у биржевых спекулянтов — общий интерес, чтобы это беспокойство в ближайшую пару недель только нарастало. У прессы — потому, что заголовки «Британия выйдет из ЕС» более кликабельны, чем «Всё останется, как было», по объективным законам читательского спроса. У спекулянтов — потому, что тревожный фон способствует разным резким колебаниям, на которых, при определённом навыке buy on rumours, sell on news можно заработать копеечку.

Так что даже если вся эта история с выходом Великобритании из ЕС в итоге окажется таким же пузырём, как и «независимость Шотландии» в 2014, в ближайшую пару недель нас ожидает куча разговоров, прогнозов и страшилок на эту тему. Британские экспортёры будут подсчитывать будущие убытки (как это пару лет назад делали шотландские вискокуры), биржевые аналитики обсудят медвежьи телодвижения Сороса, по всей Европе возобновится обсуждение темы мигрантов (от которых сторонники «брекзита» как раз и обещают надёжно отгородиться Ла Маншем — а чем от них отгораживаться на материке?!) и, конечно же, российскому телезрителю на лопате поднесут новую кучу страшилок о погибели бездуховной Гейропы, не пережившей наших продовольственных санкций.

Очень понимаю людей, которые на всё это скажут, что главная новость ближайших двух недель для них — групповой турнир Чемпионата Европы по футболу.
googlemap

Вам шашечки или ехать?

Сегодня прогремел очередной выстрел в затяжной войне европейских таксопарков против Uber. Исправительный суд Парижа (1-я инстанция) оштрафовал французский филиал компании на 800.000 евро, а двух её менеджеров — на 30.000 и 20.000 евро за запуск приложения UberPOP, позволявшего частным французским автовладельцам, не имеющим лицензии таксиста, подрабатывать извозом на личных авто. Пресс-секретарь компании уже заявил, что вердикт будет обжалован в суде вышестоящей инстанции.

Сам по себе сервис UberPOP запрещён во Франции с июля 2015. Так что текущей деятельности Uber во Франции вердикт никак не затрагивает. Сегодня французским пассажирам доступны UberX, Uber Berline и Uber BlackCar. Суд сегодня разбирался с деятельностью UberPOP, пресечённой 11 месяцев назад, нашёл в ней признаки нарушения закона и назначил штраф, который истцы поспешили назвать «разочаровывающим» и «смехотворным». Один парижский таксист-активист, признанный потерпевшим по делу, получил компенсацию ущерба в размере 1600 евро. При этом, согласно оценкам профессионального объединения парижских таксистов, выручка Uber от эксплуатации ныне запрещённого сервиса составила 46 миллионов евро.

Борьба европейских таксистов с сервисом Uber, принимающая подчас формы уличного насилия и забастовок, длится не первый год. Понятная россиянину проблема — что наплыв бомбил в моменте приводит к снижению цен и потере живых денег лицензированными таксистами — является лишь надводной частью айсберга. Вторая сторона проблемы состоит в том, что во многих странах Европы частный извоз серьёзно зарегулирован государством, лицензии на него стоят десятки тысяч евро за один регистрационный номер, и эти деньги, однажды заплатив их, таксист считает своей долгосрочной инвестицией. Когда он решит выйти из бизнеса, то продаст этот номер другому желающему, или сдаст его в аренду. Разрушая госмонополию на регулирование частного извоза, сервисы, подобные Uber, обесценивают этот актив. То есть помимо снижения текущей выручки лицензированных водил, происходит девальвация той заначки, на которую они привыкли сильно рассчитывать, строя планы на обеспеченную старость. Поэтому таксисты во всех странах Западной Европы сильно возбуждены, и готовы бороться против демонополизации своей отрасли всеми способами.

Беда их состоит в том, что победить они в принципе не могут. Сервисы, подобные Uber (а в каждой стране существуют и их местные аналоги) не засланы из-за границы враждебными силами. Они растут и развиваются благодаря местному потребителю, голосующему трудовым рублём против монополии таксомоторного картеля. Пассажиров в любой стране больше, чем таксистов. И во Франции, и в Италии, и в Германии Uber отвечает интересам большинства населения, которому надоело переплачивать за шашечки, а хочется просто ехать. Чем сильнее задраны в том или ином городе монопольные расценки таксистского картеля, тем выше там спрос на услуги объединившихся в сервис бомбил. При этом единственной защитой для бизнеса лицензированных таксистов является нормативная база, сформированная местными властями. А у властей, поскольку они выборные, нет ни причины, ни повода стоять насмерть за сверхприбыли таксистского картеля, против экономических интересов подавляющего большинства избирателей. Покуда не было Uber и его аналогов, не было и темы «Почему такси стоит так дорого?». С появлением альтернативы каждый сознательный пассажир задумался, что у извоза, как и у любой другой коммерческой услуги, есть своя себестоимость, и есть разумная маржа. А сверху на неё зачем-то нахлобучено ещё 200-300% монопольной сверхприбыли, которая определяется, кроме прочего, постановлениями горсовета.

В России, где с подотчётностью власти избирателям давно покончено, такая коллизия возникнуть не могла бы. Тут бы просто сказали, что маржа в 300% продиктована соображениями безопасности пассажиров. Лицензированные водители — безопасные, а все остальные — опасные. Но этот аргумент может звучать весомо лишь в том случае, если власть общается с населением в режиме монолога. А в диалоге, в котором аргументом второй стороны является бюллетень, опускаемый в урну, такая откровенная лажа не прокатывает. Ведь документом, служащим государственной лицензией на безопасную перевозку до 5 пассажиров в легковой машине, являются действительные водительские права. Нигде не сказано и никем не доказано, что езда на машине без шашечек представляет угрозу для жизни европейца... Казна теряет деньги из-за уклонения бомбил от налога? ОК, подключите налоговую, ведь уклонение = преступление. Пусть бомбила делится с государством, никто ж не против. Но право пассажира решать, хочет ли он доплачивать 300% сверху за шашечки, или готов на них сэкономить — это право на потребительский выбор. В точности такое же, как в случае с авиакомпаниями-лоукостерами. Тебя там не покормят в полёте, ограничат в норме бесплатного багажа, запретят откидываться в кресле, не подадут телетрап, доставят в Гатвик вместо Хитроу — но это всё равно твой свободный выбор. И с такси — такая же история. Не про безопасность ни разу.

Поэтому каких бы приговоров по делу Uber ни выносил парижский суд, а простые парижане и дальше будут платить десятки миллионов евро в год за извоз без шашечек. И это — маленькая проблема для европейских таксистов. Настоящая их проблема (она же — счастье пассажиров) состоит в том, что уже на нашем веку любых водителей такси — и бомбил, и тех, что с шашечками — заменит управляющий автомобилями софт. Живые таксисты при этом, конечно же, где-то останутся — но в одной нише с венецианскими гондольерами, венскими и питерскими извозчиками. В качестве экзотического сервиса для туристов и любителей живого общения с незнакомыми людьми. Смогут накручивать свою эксклюзивную маржу за experience. Но почему-то мне кажется, что у того парижского и миланского хамья, которое сегодня борется за запрет Uber ради сохранения своих сверхприбылей, для этого типа сервиса не хватит квалификаций.

PS. Если кто вдруг не в курсе, в городе Милане, который сегодня является одним из главных европейских поставщиков новостей по теме «таксисты против Uber», счётчик оплаты поездки включается не в тот момент, когда пассажир сел в машину, а когда водитель взял заказ. Пока в Милане не запретили UberX, там можно было доехать из центра до вокзала за 5 евро, а сегодня там могут в глубокой ночи, при полном отсутствии траффика, подать машину, у которой на счётчике уже 25€ на момент приезда, «потому что ехал издалека».