November 24th, 2016

reading

Джулиан Барнс в Москве

Мой герой был трусом. Точнее сказать, часто считал себя трусом. Или, ещё точнее, находился в ситуации, в которой не быть трусом просто невозможно. Вы или я, оказавшись на его месте, тоже были бы трусами, а если б решили занять противоположную позицию — встать в позу героя — то это было бы с нашей стороны крайне глупо. Те, кто в открытую в те дни воспротивились власти, были убиты, а члены их семей, друзья и сотрудники, подверглись унижению, отправились в лагеря, или тоже были казнены. Так что трусость в те дни была единственным разумным выбором.

Так начинается колонка 70-летнего английского писателя Джулиана Барнса, опубликованная 30 октября в газете The Guardian. Посвящена она его последнему роману — «Шум времени», про Дмитрия Шостаковича. На английском книга вышла в 2015 году, а недавно издана по-русски в очень достойном переводе Елены Петровой (Озон, ЛитРес, Букмейт). Если вы её каким-то чудом до сих пор не прочитали — то, по меткому выражению героини Люси Лю из первого «Киллбилла», now is the fucking time. Потому что этот, пожалуй, важнейшая книга про наше время, нашу жизнь и нашу цивилизацию, за много последних лет. И это очень русская книга, хоть и написана по-английски. Читается она примерно за два часа, хотя столько же потом можно потратить на примечания.

Пишу об этом потому, что в начале декабря сам Джулиан Барнс приезжает в Москву, и мне известно как минимум о двух его запланированных встречах с читателями. Первая вроде бы состоится в 14:00 в помещении книжной лавки «Читай город» в ТРЦ Европейский (проверить сложно, ибо сайт у них лежит), вторая — в формате открытого интервью с Юрием Сапрыкиным — пройдёт в субботу 3 декабря в 17:00 в киноконцертном зале ЦДХ, в рамках ярмарки non/fictio№18. Там нужно довольно муторно регистрироваться, но 749 человек уже успели это сделать, поэтому советую озадачиться этим вопросом сейчас, чтоб не вышло как с Ватиканской Пинакотекой в Третьяковке.
reading

Карлсен, Карякин, шахматы: интрига возвращается

Сегодня в 22:00 по московскому времени начнётся 10-я партия матча за звание чемпиона мира по шахматам. 26-летний российский гроссмейстер Сергей Карякин оспаривает этот титул у своего ровесника, норвежского шахматиста Магнуса Карлсена, до недавних пор считавшегося непобедимым.

В матче пока сыграно 9 партий, из которых 8 окончились вничью, а одну Карякин выиграл в минувший понедельник. Так что счёт перед началом сегодняшней встречи — 5:4 в пользу россиянина. От победы и чемпионского титула Сергея Карякина, играющего сегодня чёрными (как и в 8-й партии, где он одержал верх), отделяет ровно одно очко — либо одна выигранная партия, либо две ничьих подряд. То есть теоретически матч может завершиться уже нынешней ночью. Если же, наоборот, в одной из ближайших партий победит Карлсен, и счёт сравняется — после 12 встреч, завершившихся равным счётом 6:6, соперникам предстоит блиц из 4 партий с ограниченным временем на ход.

Матч этот, помимо собственно игровой интриги, интересен ещё и тем, что много лет шахматы как зрелищный спорт находились в глубоком упадке. Отчасти это было связано с успехами компьютерных программ, сумевших почти 20 лет назад создать у публики ощущение, что искусственный интеллект научился играть в шахматы лучше человека. Немалый вклад внесли нескончаемые организационные дрязги внутри ФИДЕ и капризы гроссмейстеров, из-за которых полностью разрушился регламент проведения матчей за шахматную корону. В результате человеку, интересующемуся судьбой этого титула время от времени, стало элементарно не уследить, кто там сейчас чемпион, по какой версии, и когда ждать нового матча. Наконец, сама природа шахматного турнира, где каждый поединок длится часами, вошла в противоречие с нашей цивилизацией, с её ADHD и клиповым сознанием… Сознавая упадок массового интереса к шахматным первенствам, слиняли и ведущие корпоративные спонсоры, так что деньги на проведение громких турниров стало почти невозможно собрать.

Вывести шахматы из затяжного медийного кризиса вызвался 5 лет назад мой американский друг Эндрю Мередит Рональдович Полсон, большой любитель нерешаемых задач. Он учредил в Лондоне компанию Agon, откупил у ФИДЕ часть прав на проведение матчей за шахматную корону, и с неудержимым кипучим энтузиазмом принялся превращать древнюю игру в главный зрелищный спорт современности. Разумеется, тут же нарвался на все проблемы, из-за которых это никому не удавалось сделать в предшествующие 15 лет, поссорился с чиновниками Федерации, понёс убытки из-за переноса важнейших матчей в последний момент, натолкнулся на безразличие крупных спонсоров, и уже в ноябре 2013 года признавался New York Times, что в целом предприятие оказалось не слишком успешным. Но в то же самое время Полсон успел избраться главой Английской федерации шахмат, а самой игре сказочно повезло с появлением на вершине рейтинга Магнуса Карлсена — харизматичного, яркого медийного персонажа, фигура которого сумела сама по себе привлечь к шахматам часть растерянного публичного интереса. Полсон, конечно же, не упустил ни одной возможности капитализировать мировой публичный успех норвежского вундеркинда.

В итоге важная медийная интрига в шахматное первенство всё же вернулась, Интересу публики способствовала и модернизация способов отображения матчей за чемпионский титул в Интернете. На официальном сайте матча за трансляцией партий можно наблюдать одновременно и на доске, и с камер 360-градусного охвата, и даже (впервые в мировой истории шахмат) — через очки виртуальной реальности. Пользователи мобильных устройств могут следить за игрой в приложении World Chess App для любой из платформ

Насколько эта история с популяризацией шахмат окажется успешной в исторической перспективе, гадать не возьмусь. Но, честно говоря, очень скучаю по тем временам, когда матчи за шахматную корону занимали в заголовках советских и зарубежных СМИ первые строки, наряду с сообщениями о главных мировых событиях дня, а участники АББА объединяли усилия с либреттистом Jesus Christ Superstar, чтобы создать прекрасную рок-оперу, которая так и называлась Chess. Хоть и надеюсь, что та политизация древней игры, которая обеспечила драматургию и конфликт в этой опере времён Холодной войны, никогда уже в наш мир не вернётся. Для политизации нам и атлетических спортивных дисциплин хватает.

Update: в 10-й партии Карлсен отыгрался, и счёт стал равным, 5:5.