Цена страха

накапали вове валерьянки, передумал играть в войнушку

а мне вот очень интересно было бы почитать - как отреагировали бы рынки на начало военной агрессии
хотя бы в двух словах

стыдно..

Аналитики Credit Suisse чем то мне напоминают аналитигов из Ливада центр

Ну, не знаю, кого это сильно задело, лично у меня контрольных пакетов акций, сильно просевших в цене, нет и не предвидится) И вообще, может быть эти акции специально падают, чтобы подешевле и повыгоднее можно было их сейчас купить, чтобы потом - продать?))

Россия по определению не может быть агрессором. Россия всегда только защищается от агрессии. Любая война, которую ведет или будет вести Россия, является справедливой.

как и у USA, кстати

Россия и США - две империи добра.

В минувший понедельник ЦБ РФ лёг костьми

Ну-ну)) Надолго у них "костей" хватит?)) ЦБ долго не протянет..

Анотон, два простых, уточняющих вопроса:

кто скупал иностранные пакеты российских компаний на пике падения?
какая ситуация на рынке энергоресурсов?

ну если не сольёшся, конечно...

Просто рупь, до этого поддерживавшийся массовыми интервенциями валюты извне, начал показывать свою реальную стоимость, вот и всё.

Почему Крыму не нужно в Россию


Население Крыма ничего не выиграет в случае отделения от Украины и попытки присоединиться к России. Там люди уже привыкли к совсем другим политическим порядкам, к совсем другой ситуации с гражданскими свободами. В конце концов, все годы в составе независимой Украины никто не мешал им активно и громко выражать свое недовольство и выбирать в местные органы власти нелояльных Киеву деятелей. Никто не интересовался их «нравственностью». Там милиция, какой бы дурной она ни была, и близко не позволяла себе того, что позволяет себе полиция в России.
Вполне понятно, зачем Москва и подконтрольные ей нынешние крымские власти приближают сроки референдума (он должен пройти 16 марта): чем дольше Крым будет жить в условиях российской оккупации, какой бы мягкой она ни была, тем, вероятно, меньше у жителей Крыма будет желания перейти под юрисдикцию России.
Нынешнее состояние жителей Крыма — это растерянность. Никто в Крыму не был готов к такому развитию событий, и никто не в состоянии принимать сейчас взвешенные решения. Результаты референдума, который проводится в условиях хаоса, ограниченного доступа к информации и под контролем вооруженных людей, которые непонятно кому подчиняются, вряд ли можно считать объективным отражением какого-то общественного мнения. Этого мнения сейчас, скорее всего, просто нет — оно меняется вместе с погодой и текущими новостями. Предсказать сейчас исход референдума сложно. Зато можно с большой степенью уверенности прогнозировать, что в случае отделения Крыма от Украины поводов для недовольства у населения станет не меньше, а больше, а вот инструментов для исправления ситуации — меньше. Это и есть выбор, перед которым стоит сейчас Крым: решать свои проблемы самим в составе Украины или переложить их решение на дядю Путина, у которого только одна забота — показать всему остальному миру кузькину мать.
Украинцы, почти весь прошлый век прожившие с Россией в Советском Союзе, должны понимать это не хуже нас. Их обращения к России с предложением провести консультации и воздерживаться от обострения отношений выглядят заискивающе и наталкиваются на высокомерный отказ Кремля от всяких переговоров. Да и к чему Москве переговоры, когда ее вооруженные силы успешно стягиваются к границам Украины, а Крым уже наводнен российскими войсками? Агрессор готов к переговорам только когда он в нокауте.
К сожалению, речь идет уже не только о Крыме. Усвоенная Путиным стилистика нацистского режима – лицемерные рассуждения о миролюбии и одновременно политика неудержимой агрессии, должны были бы насторожить мир. Ведь в первой половине прошлого века никто не сказал столько слов о любви к миру и не сделал столько шагов на пути к войне, как Гитлер. Должен же мир учитывать опыт истории! Если сегодняшняя крымская ситуация разрешится неким подобием Мюнхенского сговора, то дальнейшие события не заставят себя ждать. Цивилизованный мир, не решившийся остановить зарвавшегося агрессора малыми потерями, непременно дождется большой крови.