Anton Nossik (dolboeb) wrote,
Anton Nossik
dolboeb

This journal has been placed in memorial status. New entries cannot be posted to it.

Categories:

«Война и мир»: последний блин комом

Заключительный эпизод так отлично начинавшегося британского сериала обернулся чудовищным обломом. Причина, впрочем, на поверхности: подвёл хронометраж. Все события, случившиеся в романе между сентябрём 1812 и зимой 1820 года, пришлось упаковать в одну серию на 80 минут, а там и взятие Москвы, и отступление французов, и смерть полудюжины героев, и все счастливые развязки безнадёжных любовных сюжетов, и подводка к тому самому декабрьскому восстанию, в качестве приквела к которому изначально писалась вся эпопея...

Естественно, сценаристам этих 80 минут пришлось перепахать всю фабулу четвёртого тома и эпилога с таким мандатом на сюжетные вольности, которого у них не было в предшествующих пяти сериях. И они им вовсю злоупотребили: добавили сцены, которых нет в романе, убрали слишком сложные для зрителя сюжетные линии, напридумывали встреч и диалогов, которые противоречат событиям из книги... Может быть, по отдельности все эти отступления от исходного текста и не так важны, но в целом ощущение осталось такое, что к последней серии роман оказался для экранизаторов слишком сложен, и «выпрямление» его сюжета свелось к подмене всех этих исторических сложностей плосковатыми экранными штампами.

Отдельно забавно, что при спрямлении сюжета из него выпали все важные для Толстого эпизоды стыдного поведения русских в войне 1812 года: линч Верещагина, расстрел пленных, грабежи после освобождения Москвы. Если б этот сериал был снят в России, при финансовой поддержке Минкульта, мы б со спокойной душой предположили б тут цензуру исходного текста по заказу властей. Но сценаристам BBC Мединский явно ничего не диктовал. Они спинным мозгом почувствовали, что good guys не должны совершать bad things, и исключили эти трудные места из сюжета. До кучи исключили и центральное для эпилога обещание Николая Ростова порубить шашкой и Пьера Безухова, и Николеньку Болконского, и генерала Денисова, если незнакомый, но облечённый властью Аракчеев ему прикажет убивать своих родных. По замыслу Толстого, обещание было пророческим, с совершенно точным сроком исполнения: 14/12/1825. Но у создателей сериала нет задачи грузить зрителей отсылками к дальнейшей российской истории, в которой одни из героев станут палачами, а другие — жертвами. Для нужд экранизации про войну 1812 года нужна картинка попроще. Где русские всегда правы, и все они заодно. Хотя в романе дана картина совершенно противоположная: одни русские в двадцатиградусный мороз ценою жизни изгоняют Наполеона из Москвы, покуда другие в безопасности и уюте петербургских салонов жонглируют пустыми ура-патриотическими лозунгами и критикуют действия своих спасителей. У Толстого между людьми, спасшими Россию в боях 1812 года, и отсидевшимися в питерском тылу поцреотами — та самая пропасть, которая в итоге приведёт к восстанию на Сенатской площади. А в сериале русское общество 1812 года — монолит, единству которого ничто не угрожает.

Это, конечно, обидный отказ и от литературной, и от исторической достоверности, но от себя замечу, что весь шестой эпизод спасает княжна Марья в исполнении Джесси Бакли. Ради неё одной эту серию стоит смотреть.
Tags: кино, литература, сериалы
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 23 comments