Category: производство

0Banksy

Как человечеству победить исламскую угрозу

Можно ли победить ИГИЛ?

Разумеется, можно. Гитлера же победили.
А у него была и промышленность передовая, и территория, и спецслужбы, и армия посильней, чем 70-90 тысяч пехотинцев — с авиацией, флотом, разведкой, диверсионными группами.

Проблема с закатыванием ИГИЛ в асфальт ровно одна: гуманитарная.
О которой не думали, когда бомбили гитлеровскую Германию.

Источник финансирования ИГИЛ — иракская и сирийская нефть.
Координаты всех её месторождений и всех перерабатывающих заводов известны.
Если эта нефть вдруг закончится, то никаких альтернативных сценариев финансирования исламистского проекта им не изобрести.
Даже штурмовать месторождения Саудовской Аравии с пустыми бензобаками они не смогут.
Тупо не доберутся до них.

Понятно, что если оставить без нефти и без бензина всю бывшую Сирию и бывший Ирак — пострадает не только ИГИЛ, но и его живой щит, мирное население.
Но оно же и главный бенефициар победы сил коалиции над Исламским государством.
В каждом городе, где сегодня боевики ИГ режут горло «неверным», завтра будут вешать на центральной площади активистов Исламского государства.
Всё, что для этого нужно — лишить ИГИЛ источников финансирования.
Эта задача решаема с воздуха, никакая наземная операция тут не нужна.
Нет ручек — нет мороженого. Нет нефти на продажу — вы в пролёте, ребята. Вас будут вешать на главной площади города те самые сирийцы, которым вы вчера резали горло. Они будут это делать с удовольствием, потому что давно мечтали вам отплатить.

Парижские теракты 13 ноября изменили правила игры.
Не работают больше «гуманитарные соображения», по которым бомбардировщики коалиции щадили экономические интересы ИГИЛ.
Теперь вас вбомбят в каменный век, не разбираясь.
И правильно сделают.
sechin

405 дней до конца света

Игорь Иванович Сечин на прошлой неделе в Японии произнёс примечательный монолог про сланцевую нефть, которая, по его словам, «меняет структуру мировой добычи и экспортных потоков».

Изменения связаны, прежде всего, с феноменом сланцевой добычи и тем обстоятельством, что балансирование, которое раньше осуществлялось странами ОПЕК, перешло, по сути, к региональному рынку США, который превратился в важнейший регулятор глобального масштаба, — рассказал глава «Роснефти» на российско-японской энергетической конференции в Токио.

Мне даже как-то жалко стало свору отечественных пропагандонов, которые 10 лет кряду, не жалея эфирного времени и зрительских/читательских мозгов, рассказывали дорогим россиянам, что сланцевая нефть — это миф, добыча её нерентабельна и страшно опасна, и что никаких изменений на мировом рынке углеводородов такой экзотический способ извлечения нефти из земных недр никогда не вызовет. Когда начался нынешний обвал сырьевых цен, пропагандоны радовались, что вот теперь-то дорогостоящая добыча сланцевой нефти во всём мире будет окончательно свёрнута и законсервирована, потому что рыночная цена барреля упала ниже себестоимости...

А теперь вдруг выясняется, что долгожданный крах и разорение американского нефтяного сектора откладывается на неопределённый срок. Что же касается пресловутой «нерентабельности» сланцевой добычи, то по этому поводу Сечин высказался с бухгалтерской прямотой:

По имеющимся оценкам, существующие механизмы хеджирования и пролонгируемого кредитования под залог запасов, в условиях низких цен, могут сохраниться, хотя и в меньших масштабах, вплоть до 2017 года.

Ну, то есть да, всё так и есть, как рассказывали нам пропагандоны: на сегодняшний день, при 43 долларах за баррель, инвестиции в разведку и добычу сланцевой нефти превышают выручку от её продажи. Но только это не смертельный приговор всей отрасли, а естественная и нормальная ситуация на начальном этапе любого бизнеса, когда ты сперва вкладываешь деньги, чтобы потом, через несколько лет, начать получать прибыли. Единственный вид экономической деятельности, в котором фаза профита наступает без предварительных инвестиционных затрат — это воровство госчиновников, когда они тупо залезают в казну и откачивают оттуда деньги себе в карман, на постройку дворцов, яхт и шубохранилищ, ни копейки собственных средств не вложив. В любом другом бизнесе доходам предшествуют затраты. И это не смертельный приговор для бизнес-модели, а точка приложения совершенно рыночных механизмов кредитного финансирования под коммерческий процент. В случае сланцев — под залог тех самых запасов, которых, как выясняется, хватит не только на обеспечение кредитов, но и на полный слом всей мировой структуры нефтедобычи.

До начала 2017 года, в котором, по оценке И.И. Сечина, сланцевые месторождения перестанут нуждаться в этом самом кредитовании даже при нынешних низких ценах за баррель, осталось 405 дней.
kuffie

На что нельзя смотреть еврею

Позавчера гулял по лазерному цеху семейного предприятия Jos. L. Meyer Werft Papenburg, где варят листовую сталь для судостроительных нужд. Как этот цех выглядит снаружи, я тут уже показывал, могу разве что повторить с другого ракурса:
Лазерный цех Мейер Верфт
А как он выглядит внутри, показать не могу, потому что семейство Мейеров (шестым поколением которой является нынешний гендир и совладелец верфи Бернард Мейер) умоляло в цеху не фотографировать, чтобы секреты лазерной сварки не утекли южнокорейским товарищам. Молитвами которых в Папенбурге из двадцати верфей, существовавших там в первой половине ХХ века, до наших дней дотянула одна. И та — лишь путём многоступенчатых слияний и поглощений с крупнейшими судостроительными предприятиями других стран Северной Европы. В соседней Голландии и недальней Шотландии процент уцелевших под южнокорейским натиском судоверфей не лучше... За счёт чего выживают верфи Гданьска и Саутгемптона, нужно спросить у тамошних корабелов.

Хотите верьте, а хотите — нет, но просьбу семейства Мейеров я уважил. Это было тем легче, что по фотогеничности цех лазерной сварки может посоперничать разве что с индустриальными пейзажами Восточного Бирюлёва... Зато по ходу экскурсии я вспомнил прекрасный еврейский анекдот, которым хочу тут поделиться. У тех, кто его уже знает, прошу прощения заранее.

Умеренно религиозный еврей приходит к раввину советоваться.
— Ребе, я завтра уезжаю в отпуск к морю...
— Поздравляю, мазл тов.
— Но, ребе, там я буду каждый день ходить на пляж...
— Ну и хорошо...
— Но, ребе, там на пляже будут женщины в купальниках... Еврею можно смотреть на женщину в купальнике, если она не его жена?
— Можно.
— Ребе, а если там какие-то женщины будут загорать топлесс? Еврею можно смотреть на женщину без бюстгальтера, если она не его жена?!
— Можно.
— Ребе, а если там вдруг окажутся нудистки? Еврею можно смотреть на совсем голую женщину, если она не его жена?!
— Можно.
Тут уже у завтрашнего отпускника начинает рушиться картина мира, и он со сдержанным негодованием спрашивает:

Collapse )
0casanova

11 рублей 80 копеек за комментарий

В конце августа жительница СПб Наталья Львова наткнулась в сети вКонтакте на рекламные объявления, приглашающие питерскую молодёжь на работу в некую компанию, расположенную на Лахтинском проспекте, 131. Кандидатам обещали 1180 рублей за 8-часовую рабочую смену и бесплатный обед в офисе. О характере работы в объявлении говорилось уклончиво.

Львова приехала по указанному адресу и обнаружила там охраняемую по самым анальным правилам постсоветского секьюрити фабрику по производству заказных статей и комментариев в блогах. Норма выработки для комментатора — 100 комментариев за одну восьмичасовую смену. В соседнем цеху трудятся за ту же зарплату "блоггеры", их нагрузка составляет 4 поста за рабочий день. Ещё одна группа занимается ссылочным спамом, т.е. распихиванием кросспостов на эти записи по соцсетям и форумам.

О визите на фабрику Львова написала в сообществе соцсети «вКонтакте». После чего комбинатом по производству заказных комментариев предсказуемо заинтересовалась пресса, региональная и федеральная. Под видом кандидатов на трудоустройство туда отправились журналистка «Новой газеты» и корреспондент петербургского портала «Мой район».

4 сентября в «Моём районе» вышел репортаж Андрея Сошникова. Там рассказывалось об учредителях странной фабрики, о её связях с органами власти, и конкретизировались на живых примерах виды услуг, оказываемых предприятием. Репортёр местной газеты привёл не только тексты заказных комментариев, создаваемых на фабрике в Ольгино, но также и гиперссылки на образцы её продукции, уже выложенной в Интернет и оплаченной исполнителям. Нетрудно догадаться, что главной темой для питерских портянок служит «Навальный — Гитлер нашего времени», но есть и другие темы, в том числе довольно нестандартные. Например, оплачивается публикация большого количества хвалебных и ругательных отзывов на новый закон об образовании (задача, видимо, состоит в том, чтобы вслед за "честными выборами" в Москве предъявить публике "широкое обсуждение в Интернете" законодательных инициатив перед их принятием). Отдельно контора пиарила высокий уровень организации G20 в Санкт-Петербурге и тупость американского кинематографа, отражающую общую тупость населения США. Кто выступает заказчиком этих набросов, журналист за недолгое время работы в Ольгино выяснить не успел.

Вчера о той же конторе написала «Новая газета». Корреспондентка до обидного мало места уделила конкретным примерам набросов, гиперссылок в её репортаже нет вообще, зато подробно описано внутреннее устройство офиса, перечислены подразделения, названия которых отражают разные направления работы фабрики, хорошо передана атмосфера настороженной нервозности, царящая в руководстве. Иллюзий нет ни у кого. Все понимают, что подобная деятельность в любом цивилизованном обществе наказуема по целой куче статей УК и КоАП, а в России может служить предметом гражданских исков по ст. 152 ГК (в России самым знаменитым примером привлечения к уголовной ответственности за комментарий в ЖЖ может служить дело Саввы Терентьева). А кто, вслед за Кристиной Потупчик, убеждён, что при жизни Путина отвечать за все эти художества никому не придётся, всё равно понимает, что работа эта — стыдная, и лучше б окружающим не знать, что они таким лядским ремеслом себе на пивасик зарабатывают... Давно и не нами замечено, как жалок тот, в ком совесть нечиста.

В принципе, конечно, большой сенсации тут нет. О том, что определённой направленности посты и комментарии в огромных количествах пишутся за деньги, в том числе — хомячками на постоянной зарплате, известно всем обитателям российской блогосферы давно и не понаслышке. Даже не располагая ни единым фактом по этому поводу, не читав финансовых отчётов об активности в почте Кристины Потупчик, любой разумный человек может догадаться о масштабах этой деятельности по однотипным комментариям, которых в последние месяцы всё больше становится в популярных ЖЖ. Но представлять себе обстановку, в которой работают все эти бойцы невидимого фронта, по-моему, полезно. А главное — настало время пересмотреть наше морально устаревшее представление о том, как именно эта постыдная работа оплачивается. Многие по старинке оперируют суммой в 85 рублей за один заказной комментарий, поскольку эту цифру выкатывали Кристине Потупчик её подрядчики. Но, строго говоря, она уже тогда была неправильной, потому что 85 рублей получал не автор комментария, а посредник, накручивавший на себестоимость свою маржу. Благодаря Наталье Львовой и репортёрам, проводившим разыскания по её сигналам, сегодня мы можем с точностью констатировать: исполнитель с ольгинской фабрики получает за каждый свой высер в ЖЖ 11 рублей 80 копеек. Если какие-то московские заказчики по старинке платят питерским подрядчикам за тот же высер 85 рублей, это всего лишь означает, что норма прибыли посредника между Москвой и Питером составляет 631%. Немыслимая история для бизнеса, но совершенно нормальная для практики освоения бюджетных средств в России.

Нам, разумеется, захотят теперь рассказать, что у околовластных жуликов нет монополии на платный спам в блогах и форумах. Якобы и критики существующей власти тоже используют услуги подобных фабрик. К сожалению, полемический приём «Сам дурак / Держи вора», как бы хорошо он ни работал на базаре, не годится в Интернете. Здесь утверждения подобного рода требуется доказывать документально. Но сколько б ни ломали почту Навального, не подслушивали наши телефонные разговоры и не потрошили наши электронные кошельки, ни одного подтверждения тезису о использовании спама, ботнетов и платных комментаторов другой стороной предъявлено не было. И любой человек, мало-мальски смыслящий в Интернете, легко объяснит эту асимметрию самостоятельно.

Дело в том, что разоблачение чиновников-казнокрадов, их зарубежных активов, механизмов воровства бюджетных средств, и вообще любая замалчиваемая властью правда — это вирусный контент, обладающий огромным самостоятельным потенциалом свободного распространения в Сети. Он в любой стране популярен сам по себе, а особенный ажиотажный спрос на него возникает в условиях, когда на всех федеральных телеканалах и в большинстве других массовых СМИ действует строгий запрет на сколько-нибудь серьёзное обсуждение темы коррупции во власти и силовых структурах. В значительной степени власть сама же этот ажиотажный спрос и создаёт своим дебильным запретом на обсуждение насущных проблем. А стопятисотая серия высеров про Навального, который украл лес и на вырученные деньги Госдепа стал Гитлером, не интересна вообще никому, включая тех, кто этот шлак распространяет в Интернете. Поэтому он может распространяться здесь только за деньги. За те самые 11 рублей 80 копеек. И качество этого шлака вполне отражает общий уровень нашей государственной пропаганды.

Если бы миф о "молчаливом большинстве", пассивно поддерживающем власть, имел какое-нибудь отношение к реальности, то по городу Москве, где к Интернету подключено более 80% взрослого населения, или в Екатеринбурге, где широкополосным доступом охвачено 80,4% домохозяйств, можно было бы найти ну хоть какие-нибудь завалящие свидетельства этой самой общественной поддержки. Но годы летят, а мы таких свидетельств по-прежнему не видим. И власть их тоже не видит. Поэтому обречена непрерывно платить деньги за спам в свою поддержку. Практическая польза от которого, как мы видим, невелика. Все упражнения по разоблачению Навального и его недопущению в федеральный эфир лишь способствуют росту его узнаваемости и рейтингов, что б там ни твердили придворные звездочёты из ВЦИОМа. Но всем, кто пилит бюджетные средства на пропаганду, на это, по обыкновению, наплевать. Формула ведь очень простая. Если 85 рублей за пост себестоимостью 11,8 платила Кристина Потупчик, то эти 630% маржи оседали только в кармане её питерского подрядчика. Нет никаких причин думать, что сама Кристина сидела на чёрной кассе из любви к искусству. Следующие 630% накручивались при выставлении счетов московскому клиенту. Итого, если допустить, что в цепочке от Суркова до хомячка у станции «Ольгино» присутствовало всего два посредника, то бюджету одна какашечка в этом ЖЖ обходилась уже в 850 рублей. В этих неучтённых деньгах и их распиле состоит главный и единственный смысл всей окологосударственной пропагандистской возни в Интернете.

К сожалению, мы сегодня никак не можем помешать государству тратить на эти бесполезные нужды все те бюджетные средства, которых ему так остро нехватает на финансирование здравоохранения, образования, социальных обязательств или объектов культуры. Единственное, что мы тут можем (и, по-моему, должны) поделать — чистить своё личное пространство от токсичных выбросов Ольгинской спамной фабрики. На удаление одной единицы спама в комментариях к ЖЖ, включая бан комментатора в нашем блоге и сообществах, требуется никак не больше 5 секунд, включая ожидание отклика неповоротливой системы. Каждый из нас за минуту может вычистить из блога больше говна, чем спаммер производит за два часа. Производительность ручного антиспаммерского труда в 120 раз выше, чем у казённого спаммерского. А есть ещё такая прекрасная функция в ЖЖ, как групповое удаление комментариев...

И, как обычно, производя эту полезную работу по расчистке собственного интернет-пространства, мы помогаем не какому-то условному Навальному, а исключительно самим себе. Потому что от засирания независимых журналов политизированным ольгинским спамом страдают не те, против кого направлен очередной высер, а прежде всего — сами владельцы журналов и их читатели.

Много лет, даже после знакомства с финансовыми отчётами в почте Потупчик, я ленился чистить как следует свой журнал от комментариев, написанных от имени виртуалов, под копирку и за деньги. Но когда я объявил в этом ЖЖ добровольный «день тишины», и портянки радостно набежали, чтобы его нарушать, пользуясь моей наивностью, они обнаружили, что их комментарии скринятся, а виртуалы — банятся. Потому что даже моему бездонному терпению есть предел и он, похоже, достигнут.

Я по-прежнему рад любым формам несогласия с моей точкой зрения по любому вопросу, от гаджетов до гражданской войны в Сирии. Никого не призываю мне поддакивать, чтобы я тут не чувствовал себя одиноко со своим особым мнением. Но виртуалы на зарплате, срущие тут под копирку, дружным строем идут на три известные буквы под барабанную дробь.

Прощайте, сосковцы и прочие обсосы общества.

Вам здесь не рады.