Category: it

0solovyevorel

Как Алишер Бурханович врезал «Тором» по Роскомнадзору

А вот это уже совершенно сладкая новость: после жаровских писем Татьяны и думских законопроектов о блокировке VPN в России, теперь уже не только братья Дуровы, но и их бывший российский наниматель Mail.Ru Group выпустил 29 июня приложение для обхода роскомнадзоровских блокировок. Причём если Дуровы в новой версии Telegram позволяют просто задать любой прокси-сервер, введя его IP в настройки, то холдинг Алишера Бурхановича для надёжного обхода блокировок использует уже непосредственно Tor и тёмные пучины Даркнета.

Приложение патриотичненько называется Mail.Ru for UA, но непосредственно из его описания в Google Play видно, что речь идёт о возможности обхода блокировок совершенно worldwide, а среди почтовых сервисов, к которым оно даёт доступ в обход русско-туркменско-украинских чекистов — Gmail, Yahoo!, Hotmail AOL, iCloud, Hotmail, Outlook, GMX и любые другие на протоколах IMAP или POP3. Так что суть приложения гораздо лучше описывается его идентификатором в базе Андроида: tormail.mail.ru.

Кажется, наши бараны, пыжащиеся и тужащиеся регулировать Интернет, только что проверили на себе справедливость следствия Носика из общей теории относительности Эйнштейна.

Это следствие гласит: если с предельной скоростью бежать по круговой траектории, то можно самого себя догнать и сзади поиметь.

Ввязавшись одновременно в гибридную войну против Украины и в кибервойну против собственного населения, наша неумная власть нарвалась ровно на те последствия, о которых много лет предупреждает Евгений Касперский. Под лозунгом «насрём Порошенке!» в Москве было выработано кибер-оружие, первой мишенью для которого является не условный Киев, а безусловный Роскомнадзор и Охотный ряд с его хотелками по запрещалкам.

По последним данным разведки, мы воевали сами с собой, как не спел на вчерашнем концерте Борис Борисович. Что ж, попросим его спеть это на завтрашнем.
0solovyevorel

Про Жарова и Дурова: все точки над i

Свершилось: глава «Роскомнадзора» Александр Жаров написал долгожданное письмо Татьяны к Павлу Дурову. И разместил его в открытом доступе на сайте ведомства — вдруг Дуров туда время от времени наведывается, пусть прочтёт.

Это, на самом деле, очень потешный сюжет — противостояние Жарова и Дурова.
Потому что оба — фигуры в высшей степени знаковые. Осталось разобраться, кто из них — Слон, а кто — Моська.

Кто такой Павел Дуров? 15 лет назад это был интеллигентный питерский юноша, медалист и отличник из профессорской семьи — не бедной, но отнюдь не миллионерской (отец его — филолог-античник Валерий Семёнович Дуров, автор прекрасных литературных биографий Юлия Цезаря и Нерона, успешно переиздающихся уже четверть века). С детства увлекаясь Интернетом, в СПбГУ Павел Дуров учился не компьютерным или математическим дисциплинам, как его старший брат Николай, а английской филологии и переводу. Это, впрочем, не мешало ему в студенческие годы побеждать на олимпиадах по информатике и дизайну.

Всему, что Павел Дуров знает и умеет (кроме английского перевода), он научился сам, благодаря неуёмной жажде к знаниям и систематической привычке к их получению. Нет ничего удивительного в том, что применение своим огромным интеллектуальным и организаторским способностям он нашёл не на госслужбе и не в рядах олигархических финансово-сырьевых чеболей, а в русском Интернете, который 10 лет назад обладал, как нам тогда казалось, бесконечным потенциалом роста и развития. На этом рынке он в точности повторил американский успех Марка Цукерберга — с нуля создал самую популярную среди молодёжи соцсеть, привлекая в качестве стартового капитала деньги своих сокурсников из миллионерских семейств (в истории ВКонтакте дуровские партнёры Мирилашвили и Левиев повторили успех бразильца Эдуардо Саверина: он тоже миллионерский сынок, который в Гарварде подавал большие надежды и ловко играл на бирже, но 15 лет спустя единственная яркая строчка в его биографии гласит: «в начале нулевых дал умному сокурснику 20.000 долларов на соцсеть»).

Фактически окно возможностей для такого человека, как Павел Дуров, окончательно закрылось в России с аннексией Крыма и войной на Донбассе, но первый звонок прозвенел после событий мая 2012 года на Болотной площади. За фразой Пескова о размазывании печени нелояльных граждан по асфальту Госдуме последовала отмашка «разобраться» с российским Интернетом. Задачи ставились ровно две: что получится, поставить под жёсткий контроль спецслужб. А что не получится — запретить на территории России. Счёт законам, которые в этом направлении напринимали за последующие 5 лет, идёт на дюжины, и горшочек не перестаёт варить по сей день.

В том самом году, когда в ответ на Болотную депутаты из всех четырёх думских фракций внесли в парламент законопроект 139-ФЗ «О защите детей от информации», Павел Дуров, сам того не подозревая, вышел из комсомольского возраста. В юности у него была куча иллюзий насчёт того, что Россия — абсолютно лучшее в мире место для самореализации молодого таланта, благодаря уникальному сочетанию человеческого, интеллектуального и финансового капитала, что российский интернет-рынок способен расти быстрей любых устоявшихся и уже поделенных западных. Успех Яндекса, Mail.Ru, Озона, Мамбы, Одноклассников, ВКонтакте, ЖЖ — российских сервисов, полностью разгромивших на своём поле американские аналоги — служил убедительным пруфом. (NB: вам может показаться, что ЖЖ в этом списке дважды лишний, мне тоже, но просто случилось так, что мнение Павла Дурова о значении ЖЖ для Рунета я услышал от него самого в день знакомства, 6 лет назад — потому и добавил наш уютный некрополь в перечисление).

Однако при своих недюжинных умственных способностях Дуров не мог не почувствовать, какие в стране подули ветры — и к концу 2012 года все его иллюзии этими ветрами уже сдуло. Поэтому когда он придумал свой следующий проект, то сразу твёрдо понимал, что строиться новая платформа будет не в России, без фигурантов русского Forbes в учредителях, и без вообще малейшей зависимости от конъюнктуры российского интернет-рынка. Даже если сама идея безопасного обмена информацией, с защитой как от перехвата, так и от централизованного слива пользовательских данных, была в чём-то подсказана суетой Госдумы и ФСБ, Павел Дуров при создании Telegram ни секунды не рассчитывал подзаработать на страхах и опасениях соотечественников. Проект был изначально адресован мировой аудитории, с учётом всех сервисов, которые ей были на тот момент доступны, и того функционала, на который она явно предъявляла спрос. Расчёт оправдался: ещё в прошлом году активная аудитория Telegram превысила общую численность населения РФ, при том, что пользователи из России составляют меньше 5% от его активной аудитории.

Благодаря новым законам об Интернете, Россия стала практически бессмысленна как интернет-рынок для новых проектов, — написал Павел Дуров в ВК больше трёх лет тому назад, объясняя, почему русскоязычный интерфейс не значится в списке приоритетов Telegram. — Скажем, очевидно, что чем быстрее в Telegram соберётся ощутимая масса пользователей из России, тем быстрее его под благовидным предлогом заблокирует Роскомнадзор. Зачем тратить время?

В сегодняшнем открытом письме Жарова сказано буквально это:

Telegram в России должен быть заблокирован. До тех пор, пока мы не получим требуемые сведения.

Требование самостоятельной регистрации иностранного сервиса, не ведущего в РФ никакого бизнеса, в российском государственном «Реестре организаторов распространения информации» — это и есть тот самый благовидный предлог, над формулировкой которого «Роскомнадзор» ломал голову три с половиной года.

Тут читатель, возможно, ждёт, что я ему что-нибудь расскажу про Александра Жарова, но увы.
Мой бывший коллега, автор скопипащенной из документов Минздрава кандидатской «Медико-гигиенические основы формирования здорового образа жизни в Российской Федерации», отваливший из медицины на госслужбу больше 20 лет назад, ничего такого на этом свете не создал, чтобы об этом интересно было рассказывать.

Забавно, конечно, что 5 лет он прослужил пиарщиком у того самого министра Шевченко, у которого впоследствии Святейший Патриарх пытался отжать пентхаус в Доме на Набережной. И что до этого он был советником у другого пиарщика, Алексея Волина, совмещавшего в ту пору госслужбу с изданием журнала для взрослых Moulin Rouge, с откровенными фотографиями подростковых прелестей Насти Каримовой. Сегодня у Волина и Жарова — одинаковый статус: оба нынче — заместители у юного министра связи Никифорова, которому они годятся в отцы. Но у каждого из замов в руках сосредоточены рычаги посерьёзней, чем у их формального босса. О рычагах сказано будет ниже.

Самое, наверное, смешное про Жарова — его вчерашнее заявление про блокировку Гугла.

По версии главы Роскомнадзора, на сайте по адресу www.google.ru/aclk/многобуквенный_код_вызова когда-то располагалось запрещённое в России онлайн-казино. Поэтому ресурс был правомерно внесён в реестр запрещённых сайтов, а оттуда попал в цензурную выкладку Роскомнадзора. Затем компания Google оперативно устранила это нарушение российского законодательства, в связи с чем домен google.ru и был разблокирован.

На самом деле, google.ru/aclk/… — это начало любой рекламной ссылки в контекстном блоке Google AdWords. Это адрес скрипта, который перенаправляет кликнувшего пользователя за деньги на сторонний сайт, а рекламодателю выставляет счёт за этот клик. Приём и размещение рекламы в системе Google AdWords осуществляется автоматически, силами клиентов, а не Гугла, код рекламной ссылки генерируется автоматически, никакого хранения страниц сайта рекламодателя по адресу, начинающемуся с google.ru/aclk/… при этом не происходит. То есть запрещённое казино никогда не находилось по указанному адресу, так что Гугл не мог его оттуда никаким чудом удалить. Просто какой-то сотрудник цензурного ведомства, составляя свой реестр, не ту ссылку в него скопировал, а потом другой такой же криворукий перенёс этот адрес из реестра запрещённых сайтов в выгрузку для провайдеров, из-за чего весь вчерашний скандал и случился.

А сегодняшнее письмо Татьяны на заглавной странице Роскомнадзора — это всего лишь неуклюжая, но вполне традиционная у казённых российских пиарщиков попытка отвлечь внимание прессы от конфуза с блокировкой Гугла. При том, что на 99% этот конфуз связан не с самой блокировкой (кроме вексельберговского Акадо и усмановского Нетбайнета, никто из провайдеров не побежал, сломя голову, исполнять предписание), а с последующими путанными объяснениями Жарова. В конце концов, ошибочные блокировки крупнейших мировых доменов Роскомнадзором (включая Википедию, google.com и gmail.com) — вещь по нашим временам привычная, и легко объяснимая криворукостью админов этого ведомства. Осмысленные провайдеры в таких случаях просто ждут несколько часов, пока пресса напишет о блокировке, а Роскомнадзор очухается, перепугается и её отменит. Но вот Жаров полез комментировать, выдавая ошибку ведомства за «не ошибку», комментарии давал несколько раз, нескольким СМИ, версии сочинял на ходу — в итоге скандал не умер сразу, а дожил до попадания в сегодняшние газеты. И теперь его пытаются потушить, отвлекая внимание письмом Дурову.

Что касается главного вопроса дня — действительно ли РКН вот-вот заблокирует Telegram — то ответ на него проще пареной репы.

Вспомним по этому поводу пламенный монолог жаровского заместителя Максима Ксензова:

Мы завтра же можем в течение нескольких минут заблокировать Twitter или Facebook в России. Мы не видим в этом больших рисков. Если в какой-то момент мы оценим, что последствия от «выключения» социальных сетей будут менее существенными по сравнению с тем вредом, который причиняет российскому обществу неконструктивная позиция руководства международных компаний, то мы сделаем то, что обязаны сделать по закону.

Эти пылкие и категорические угрозы прозвучали 16 мая 2014 года со страниц газеты «Известия». С тех пор и Twitter, и Facebook успели не одну тысячу раз послать лесом разные российские цензурно-сыскные ведомства, пытавшиеся добиться от Калифорнии исполнения требований «пакета Яровой» и прочих несусветно глупых законов. Но ни в течении нескольких минут, ни в течение нескольких лет ничего подобного не произошло. Уже полтора года Максим Ксензов не работает заместителем Жарова в «Роскомнадзоре», а Facebook и Twitter по-прежнему доступны российским пользователям.

Потому что, как я неоднократно здесь объяснял в предшествующие годы, решение о блокировке сетей такого уровня лежит далеко за пределами полномочий и РКН, и Минкомсвязи, и вообще Правительства РФ. В России есть один человек, по слову которого можно «завтра же в течение нескольких минут заблокировать» весь Интернет, и его фамилия ни разу не Жаров.

Что же касается причин, по которым глава Роскомнадзора так в последние дни засуетился — они, хоть и лежат в сфере скорее конспирологической, однако же учил нас Клод Адриан Гельвеций, что знание некоторых принципов избавляет от необходимости знания многих фактов.

Мы знаем, что Роскомнадзор открыто саботирует исполнение 99,99% нелепых предписаний, вывалившихся на него за последнюю пятилетку из лотка взбесившегося принтера. То есть прямо нарушает цензурный закон, и открыто в этом расписывается — см. цитату из Максима Ксензова выше (мы сделаем то, что обязаны сделать по закону), могу привести ещё пяток. Это само по себе является хорошим основанием для того, чтобы написать на этих чиновников аргументированный донос по начальству. Не бдят, врагу потворствуют, переметнулись на ту сторону, как Шалтай.

Нам это редко приходит в голову, но ведь не только у нас из-за чиновников, но и у самих этих пауков в чекистской банке жизнь нелёгкая. В руках Жарова сосредоточен огромный аппаратный ресурс — не по контролю за Интернетом, конечно же, а по распределению частот, лицензий, госзаказу на триллионные подряды в области информатизации. Это та сфера рынка, в которой сегодня активничают не только усмановы с вексельбергами, но и ковальчуки с ротенбергами. Когда в мае 2012 года на должность ставили Жарова, все эти акулы чекистско-олигархического капитализма совершенно другие активы делили, телеком был мелкой мелочью для них. Сегодня телекоммуникационная сфера сулит им больше денег, чем любое сырьё. Потому что в ней сейчас пилят госбабло под предлогом «обеспечения информационной безопасности» — то есть без счёта, как на оборонку. И вот этот самый доктор Жаров, который столько лет проработал Неуловимым Джо, сегодня угодил в эпицентр попила совершенно стратегических денежных потоков. Естественно, даже если с одной из группировок он успел договориться, то другая вполне может захотеть видеть своего человека в его кресле.

Так что не удивлюсь, если стул под Жаровым в эти минуты и трещит, и качается. Не зря же платные блоггеры дружно пишут сегодня, в ЖЖ и в Телеграме, что на Роскомнадзор идёт какая-то атака тёмных сил, и что за этой атакой стоят Госдеп и лично Навальный. Само по себе появление таких платных вбросов в сливных бачках ЖЖ и Телеграма, как и их такой же платный вывод в топ, говорит прилежным ученикам Гельвеция о том, что Жарову и его команде в эти дни остро занадобилось публично доказывать начальству свою благонадёжность и истовую преданность делу цензуры и политического сыска. Когда такой фонтан начинает бить в публичном поле — это явный признак того, что аппаратный ресурс, необходимый для тихого и мирного закулисного решения проблемы у чиновника подослаб. Вспомним Якунина, вспомним Пугачёва, вспомним Малофеева. Когда непубличного деловара начинают оттирать от госкормушки более влиятельные игроки, он хватается за медийный пиар своей благонадёжности как за спасательный круг.

Это не значит, что Жарова завтра отовсюду уволят. Может, и отобьётся, и кресло сохранит, и даже штатку ему расширят. Главное — что для нас это совершенно так же не важно, как и для бизнеса Павла Валерьевича Дурова. Уйдут Жарова — пришлют другого на его место, с такой же в точности диссертацией, таким же уровнем компетентности, и такой же эластичной позицией по ключевым вопросам. И он точно так же будет грозить кулаком Гуглу, Фейсбуку, Твиттеру, Телеграму.

А когда власть дозреет до решения обрубить канал на заграницу, этого сменщика точно так же не спросят, как сегодня не спрашивают Жарова.
00Canova

Как защитить свои данные в Интернете и спать спокойно

Ориентируясь на слушательский спрос, Ситикласс предложил мне тему для нового семинара.
Он будет посвящён вопросам обеспечения личной информационной безопасности в Интернете.
Премьера семинара случится в Ситиклассе на Дружинниковской улице, дом 11, 8 июня в 19:30мск.

В рамках 4-часового занятия поговорим примерно вот о чём:

1. От кого исходят основные угрозы пользователю, типология этих угроз
— незнакомые злоумышленники: мошенники (phishing), вымогатели (WannaCry), вирусописатели (трояны), хулиганы (DDoS, дефейс, взлом)
— государство и его добровольные помощники
— знакомые люди, с которыми возник конфликт
— репутационные риски
— утечка конфиденциальных данных

2. Основные меры безопасности
— аккуратное поведение в Интернете, основные принципы и правила
— штатные средства программной защиты (антивирусы, мониторинг траффика)
— backup всех чувствительных данных
— средства мониторинга логинов

3. Чего нужно и не нужно бояться
— слежка со стороны ОС
— невольный sharing геолокаций в чатах, Фейсбуке, Google Maps
— прослушка электронных коммуникаций
— несанкционированный доступ к аккаунтам Apple/Android со стороны домашних

4. Опасные и безопасные средства интернет-платежей
— Использование пластиковых карт
— Электронный банкинг
— Платёжные системы в Интернете

5. Где грань между паранойей и разумной осторожностью
— средства шифрования
— антивирусы
— сложная авторизация

Как обычно, занятие будет состоять из моей вводной лекции, длиной примерно в 1 час, и ответов на конкретные вопросы слушателей.
00Canova

Запрет Telegram в России: отделяем пиар от фактологии

В последнюю пару дней активизировалось обсуждение угрозы запрета Telegram в России.
Фабула истории, заставившей публику об этом задуматься, настолько же проста, насколько она на первый взгляд мутная.

Некие анонимные «администраторы каналов Telegram» обратились с петицией к Павлу Дурову, призывая его зарегистрировать свой сервис в реестре Роскомнадзора, то есть обязаться выполнять требования пресловутого «пакета Яровой». Об этом почему-то написала 15 мая газета «Ведомости», хотя её журналистам не удалось установить даже личности анонимных авторов петиции. Также им при подготовке материала не удалось выяснить, обращался ли Роскомнадзор к администрации сервиса с предложением регистрироваться.

В самом Роскомнадзоре по горячим следам заметки информацию о возможной блокировке Telegram назвали слухами и комментировать отказались.

Но на следующий день та же газета «Ведомости» сообщила, что Роскомнадзор действительно отправил на контактные адреса Telegram Messenger LLP предписание зарегистрироваться в реестре. По условиям ультиматума, срок адресатам даётся до середины июня. После этого мессенджер будет либо внесён в реестр Роскомнадзора (с обязательством сливать конфиденциальные данные пользователей государству), либо заблокирован в России.

В тот же день администрация сервиса заявила, отвечая на запрос RNS:

Еще ни одно правительство или спецслужба в мире не получили ни бита информации от нас. Так будет всегда… Ключи, необходимые для расшифровки данных, разделены на несколько частей и физически хранятся в нескольких других дата-центрах. При этом все дата-центры находятся в разных юрисдикциях, так что для того, чтобы заставить Теlegram выдать какие-либо данные, потребуется нереалистичный уровень сотрудничества между несколькими государствами.

Этот ответ полностью отражает позицию, которой Павел Дуров придерживается с первого дня создания мессенджера. Изначально Telegram позиционировался как сервис, надёжно защищающий конфиденциальность переписки пользователей перед лицом любых угроз, включая любопытство органов политического сыска, и эта позиция изменений не претерпела. По этой причине Telegram заблокирован, например, в Исламской республике Иран. Но не сказать чтобы его иранские пользователи сильно от этого страдали. В странах, где столько лет лютует интернет-цензура, пользователи обычно продвинуты в вопросе обхода блокировок. Адреса прокси-серверов в Иране известны каждому школьнику, а для удобства туристов они ещё и написаны на стенах домов в любом большом городе.

При этом Telegram, конечно же, готов сотрудничать с правоохранительными органами в рамках расследования конкретных уголовных дел, с санкции суда. На примере аккаунтов ИГИЛ мы это уже видели. Но просто так транслировать все пользовательские данные спецслужбам какой бы то ни было страны он не собирается. Государство может называться Россия, США, Иран, Азербайджан или Папуа Новая Гвинея, но для истребования конфиденциальных пользовательских данных оно обязано предоставить внятные и юридически состоятельные основания. То есть требования «пакета Яровой» о внесудебном потрошении охраняемых данных сервис никогда не исполнял, и не собирается это делать в будущем. Точно так же логично предположить, что Telegram не готов обсуждать вопрос переноса каких бы то ни было серверов на территорию России, Украины, Ирана или Папуа Новой Гвинеи для удобства слежки спецслужб за пользователями из этой страны, будь то граждане или туристы (для нужд «пакета Яровой» легитимными объектами слежки ФСБ являются Дональд Д. Трамп и Барак Х. Обама как лица, в разное время посещавшие РФ).

В связи с давешним вбросом через месяц Роскомнадзору предстоит перед нами и начальством отчитаться: исполнил ли Telegram предписание, протранслированное через «Ведомости», и как его покарать за отказ. По первому пункту ответ понятен: на хую он вас вертел. Не исполнил и не исполнит. Можно не ждать месяц, а сразу же убиваться апстену. По второму пункту — сохраняется видимость интриги. Заблокируют ли Telegram так же, как это случилось с мессенджерами BlackBerry (BBM), LINE, Imo.im и Vchat?

Конечно, недооценивать деструктивный потенциал российских чиновников было бы ошибкой, ибо он поистине безграничен. На сайте Роскомсвободы есть очень наглядная сводная таблица, показывающая всю глубину идиотизма этих животных в цифрах. На каждую страницу, заблокированную из-за претензий государства, приходится примерно 900 страниц, заблокированных тупо по ошибке, и ни один говноед, жирующий на государственных харчах, за эти ошибки ответственности не понёс. Так что теоретически и Telegram можно в России заблокировать чисто по тупости. Но есть нюансы.

Во-первых, Telegram очень хорошо технически защищён от блокировки. В этом недавно смогли убедиться власти Ирана. Во-вторых, пользователями Telegram в России являются все первые лица государства, включая и Рамзана Кадырова, и Руслана Геремеева, с которым Следственному комитету до сих пор так и не удалось поговорить по повестке. Доставлять неудобства таким уважаемым в России людям чиновникам Роскомнадзора элементарно боязно. Так что для объявления о запрете они будут ждать прямых указаний вышестоящего начальства. Прецедент уже был, и он свеж в памяти. Ровно три года назад тогдашний замруководителя Роскомнадзора сделал со страниц «Известий» воинственное заявление:

Мы завтра же можем в течение нескольких минут заблокировать Twitter или Facebook в России. Мы не видим в этом больших рисков. Если в какой-то момент мы оценим, что последствия от «выключения» социальных сетей будут менее существенными по сравнению с тем вредом, который причиняет российскому обществу неконструктивная позиция руководства международных компаний, то мы сделаем то, что обязаны сделать по закону.

Неразрешимое противоречие в этой цитате трудно не заметить. Либо вы действуете по закону, и тогда на блокировку у вас есть 72 часа, либо вы сидите на попе ровно, и ничего не делаете, пока от начальства не придёт прямое указание, и тогда вас весело вертят на известном пальце и площадки, и пользователи. А чтобы не выглядеть совсем уж нелепыми петухами, у вас имеется два варианта. Или свалить из Роскомнадзора (как сделал автор приведённой цитаты), или морочить голову публике воинственными заявлениями для прессы, попутно балуясь показными расстрелами сайтов и платформ, которыми в России никто не пользуется — вроде LinkedIn или BlackBerry Messenger. Чем Роскомнадзор сегодня и занят.

Так что все разговоры про запрет Telegram в России на данный момент просто смешны.
А сливы в прессу на эту тему и открытые письма анонимов Дурову — самая обыкновенная сублимация.
Чиновники, над которыми шестой год смеётся весь Рунет, в очередной раз пытаются надуть щёки и изобразить из себя суровых цензоров. Но и площадкам, и пользователям эти потуги просто смешны.
Любопытно в этой истории только одно: довольно нетрадиционный выбор площадок, через которые обменялись мнениями Роскомнадзор и Telegram.
Чувствуется рука оригинально мыслящего пиарщика, класса Арсения Бобровского.
Причём главный пострадавший в этой истории — газета «Ведомости», а главный бенефициар — служба RNS.
ambulance

Искусственный интеллект за $15,3 млрд

Покуда российские чиновники разбирались, как погуще нагадить под дверью у Цукерберга, в Иерусалиме объявлено о крупнейшей сделке в истории израильского хай-тека. Калифорнийская корпорация Intel покупает стартап MobilEye, созданный профессором Еврейского университета Амноном Шаашуа, специалистом в области систем искусственного интеллекта, за 15,3 млрд долларов.

Компания Mobileye, учреждённая в 1999 году и вышедшая на Уолл-Стрит в 2014-м (по оценке капитализации в $5,3 млрд), занимается разработкой и внедрением систем визуального распознавания и анализа, используемых в автопроме. Среди клиентов — Volvo, BMW, General Motors, Tesla. Перспективные разработки связаны с созданием систем автоматического управления автомобилями (запуск тестовой серии совместно с BMW и Intel запланирован на вторую половину 2017 года). Текущая продуктовая линейка включает решения ADAS — системы оповещения водителей о дорожной обстановке в реальном времени. Помимо собственного алгоритма компьютерного анализа изображений, в системе используется краудсорсинг — сбор и обработка данных со всех устройств Mobileye, уже установленных на разных машинах.

Печально в этой истории то, что на момент выхода MobilEye на IPO компания стоила почти в три раза дешевле Яндекса, а сегодня оценена дороже, чем Яндекс и Mail.Ru Group, вместе взятые.

Зато у них негров линчуют и бюсты не мироточат.
googlemap

Глушилка вокруг Кремля: ключевое слово — «украсть»

В связи с недавним рассказом про глушилку GPS в районе Кремля получил массу недоуменных вопросов, кому и зачем она может быть нужна. Если это от баллистических ракет защита, то они давно уже умеют ориентироваться по рельефу местности, а не по спутникам. Если же от наземных террористов, то убийцам Немцова совершенно не потребовался GPS, чтобы преследовать жертву от того самого Кремля и застрелить его на Большом Каменном мосту. Точно так же, если кто-нибудь надумает шмальнуть с земли из гранатомёта по Александровской или Спасской башне, для этого никакой GPS не нужен, достаточно простой прорези прицела.

Вопрос, конечно же, риторический. Потому что высокий смысл всего чекистского и вертухайского хайтека, равно как и закона о фильтрации Интернета №139-ФЗ — всегда один и тот же. Минувшим летом довольно подробно тут обсуждался, в связи с «пакетом Яровой».

Всё оборудование, которое используется спецслужбами, надзорными ведомствами и вообще госструктурами, должно быть лицензировано и сертифицировано. Оборудование, конечно же, разработано в США и произведено в Китае, Корее, ЮВА: в России ничего серьёзней хард-диска весом 25 кг производить не научились, и тот родом из 1970-х. Но когда это самое оборудование закупается для казённых нужд, то купить его можно только у правильных компаний, обладающих надлежащими лицензиями и сертификатами ФСБ на поставку. Эти лицензии и сертификаты правильным людям даются за одну минуту, а простому коммерсанту их за всю жизнь не получить. Список лицензиатов ФСБ засекречен, но каким-то чудом госчиновники, ответственные за закупки, их сами находят.

С программным обеспечением, которое управляет аппаратными комплексами на балансе госструктур, такая же в точности история. Чтобы госструктуре поставить себе самый обычный Linux, лицензированная и сертифицированная фирма должна шлёпнуть на коробку штамп с триколором и пририсовать двуглавого орла на загрузочный экран. Деньги, которые государство платит за эту ретушь, ни учёту, ни контролю, ни экспертизе не подлежат. Во времена президентства Медведева об арифметике этих накруток в открытую рассуждали на федеральных телеканалах, но ничего от этих разговоров не менялось. Сегодня тот же самый Медведев, сетовавший на воровство в сфере программного обеспечения, подписывает запрет покупок иностранного софта для госнужд, а организатор и бенефициар всей томографической аферы возглавляет Счётную палату. То есть освоение казённого бабла на закупках иностранного оборудования под видом отечественного и гримировании американского софта под российский — это теперь не воровство, а забота о национальной безопасности и поддержка отечественного производителя.

На всех этих лицензированных и сертифицированных решениях сегодня зарабатываются те самые деньги, которых чиновники недосчитались после Крыма на падении нефтяных цен и курса рубля. Но раз уж оно закуплено и развёрнуто — значит, должно работать. Отсюда — и бурная деятельность Роскомнадзора по блокировке сайтов (вынуждающая операторов связи закупать на сотни миллионов долларов оборудование DPI), и «пакет Яровой», подстёгивающий спрос на аппаратуру и софт для хранения данных, и глушилка GPS, развёрнутая в районе Кремля.

Follow the money, ничего нового под Луной.
0solovyevorel

В чём гениальность запрета LinkedIn в России

Комментировать блокировку LinkedIn в России мне не хочется совершенно.
Мне кажется, что тут, во-первых, всё предельно ясно, а, во-вторых, я уже сто раз писал об общей логике, которая за этой историей стоит.
Но, поскольку читатели постоянно об этом просят — даже в комментариях под мадоннами Беллини, кошечками и покемонами — обозначу тезисно важные пункты.

1. В России за последние 4 года принят огромный ворох федеральных законов, создающих предпосылки для блокировки абсолютно любых соцсетей, отечественных и зарубежных, в любой день, на любой срок, по любой причине, а также и вообще без причин и без сроков — например, по одному звонку заместителя генерального прокурора в Роскомнадзор. Когда на стене висит такое количество ружей, то все, разумеется, ждут, что рано или поздно одно из них выстрелит. Блокировка LinkedIn и есть тот самый выстрел.

2. Российские законы никого, никогда и ни к чему не обязывают. В первую очередь, они ни к чему не обязывают власть. Если власти потребуется, она безо всяких законов предпримет любую запретительную меру. Так что нет решительно никакой связи между содержанием тех законов, что приняты Думой VI созыва, и фактическим событием блокировки тех или иных сетей, платформ, сайтов и сервисов.

3. Вопрос о запрете в России таких платформ, как Twitter, Facebook, YouTube или ЖЖ — функция чисто политического решения, которое может принять ровно один человек. Когда он его примет, блокировка случится немедленно. Покуда он его не принял, ведущие площадки для Роскомнадзора неприкосновенны. Что творится в голове у этого человека, и какие доклады влияют сегодня на формирование его мнения, гадать бессмысленно. С уверенностью мы можем лишь констатировать: пока что крупнейшие площадки действуют, значит решение об их закрытии он ещё не принял. Что по этому поводу думают и говорят пешки в Госдуме, Совфеде или Минкомсвязи — совершенно безразлично. Если они там по этому поводу что-то заявляют, или принимают нормативные документы, всё это нужно лишь затем, чтобы привлечь к себе внимание и заработать номенклатурные очки лично для себя. Для оценки ситуации нужно смотреть не на слова, а на дела.

4. Роскомнадзор — бюрократическая российская организация, которая действует и мыслит себя в логике палочной системы, как любое другое карательное ведомство. Поскольку принимаются законы о блокировках и цензуре, Роскомнадзор обязан постоянно рапортовать об их выполнении. При этом Twitter, Facebook и другие крупные зарубежные площадки в открытую плюют и на несуразные требования к ним, содержавшиеся в «первом пакете Яровой» (он же 97-ФЗ), и на угрозу блокировки. Это ставит цензурное ведомство в несколько дурацкое положение. По не зависящим от него причинам оно не может отчитаться о репрессиях против крупнейших нарушителей 97-ФЗ. Все это видят, все это обсуждают, площадки на цензуру плюют, а публика откровенно зубоскалит.

Эти страдания чиновников длятся уже более двух лет. Всё это время посильную психотерапевтическую помощь терпилам оказывали издания дружественного Роскомнадзору медиахолдинга, публикуя регулярные вбросы о том, как в Москву на поклон прибывают всё новые эмиссары заокеанских площадок. Будто бы ведутся какие-то переговоры, достигнуто взаимопонимание, есть планы по выполнению 97-ФЗ субъектами калифорнийского права… Всё бы хорошо, но каждая такая новость, не получив продолжения, лишний раз доказывала беспомощность Роскомнадзора, не получившего отмашки для серьёзных репрессий, предусмотренных в законодательстве для иностранных нарушителей.

5. Именно в контексте этого ведомственного батхерта и следует рассматривать блокировку LinkedIn. Придумалась одна иностранная соцсеть, номинально охватывающая в России 2,6 млн пользователей, а по факту такая же здесь невостребованная, как и её доморощенный аналог, принадлежащий Яндексу МойКруг. И в отношении этой сети решили устроить показательные репрессии, на которые, с одной стороны, не нужно испрашивать высочайшего дозволения, а с другой — жертва до такой степени малозаметна в России, что никакого серьёзного потрясения её запрет здесь не вызовет. Зато во всём западном мире, где эта соцсеть считается мегакрутой, сверхпопулярной и супервлиятельной, новость о запрете гарантированно спровоцирует и шумиху в прессе, и реакцию со стороны крупнейших игроков. И вся эта шумиха радостно ретранслирует обратно в Россию со ссылками на BBC и CNN (чисто для справки: иллюстрация к этому посту — скриншот из эфира ливанского телеканала Аль-Манар). Это докажет высокому силовому и кремлёвскому начальству, что чиновники Жаров, Ксензов и Ампелонский не зря едят государственный хлеб. По-моему, ход совершенно гениальный, в строгом соответствии с пастернаковским заветом: «ничего не знача, быть притчей на устах у всех».

6. Важно понимать, что от блокировок LinkedIn в России не пострадал на сегодняшний день ни один человек, будь то нынешний или будущий пользователь запрещённой соцсети. И дело тут не только в том, что разница между запрещённым и не запрещённым в России сайтом — ровно один клик на иконку приложения FriGate, установленного миллионами россиян ещё после блокировки RuTracker. В случае с LinkedIn всё ещё смешней. Два важнейших канала взаимодействия между соцсетью и её участниками — её электронная почтовая рассылка и приложение для мобильных платформ. Ни то, ни другое блокировке не подлежит по определению. Письма с важной и персонализированной информацией от LinkedIn как приходили подписчикам, так и будут доставляться им впредь. Приложение LinkedIn как было доступно в AppStore и Google Play — так оно и останется доступно. А если сыщется в России какой-то такой оригинал, которому в этой жизни ничто не мило, кроме доступа через настольный браузер, то этот чудак успел поставить себе FriGate, или наладить доступ в Интернет через прокси ещё тогда, когда в стране первый раз блокировали Википедию.

В свете всего вышеизложенного я не считаю блокировку LinkedIn в России сколько-нибудь значимым событием, и даже не думаю, что она приведёт к очередному всплеску популярности прокси-сервисов, как обещал Варламов. Полагаю, что охват осмысленных российских пользователей такими сервисами за последние 4 года достиг уже точки насыщения. А LinkedIn — это вам не Одноклассники, это сеть для профессионалов, так что для её пользователей вопрос об обходе блокировок не должен был представлять никакой сложности изначально.

Тут есть ещё один интересный аспект — о юридической состоятельности тех требований, которые российские силовики предъявили к LinkedIn. А именно — про локализацию персональных данных. Но это — тема для совершенно отдельного поста, который я вскорости напишу, и тут залинкую.

Update: упомянутый выше Максим Ксензов просил уточнить, что с конца прошлого года не работает в Роскомнадзоре, в связи с трудоустройством на высокую должность в НМГ. Так что к нынешнему запрету LinkedIn автор мема про блокировку Twitter или Facebook в России «за несколько минут» уже не имеет отношения, да и государственного хлеба он больше не ест. Просьбу исполняю, но из песни слов, как известно, не выкинешь. Именно Ксензов — в интервью тем самым «Известиям», владельцем которых является его новый работодатель, произнёс исторический монолог о простоте и безболезненности блокировки в России крупнейших международных площадок:

Мы завтра же можем в течение нескольких минут заблокировать Twitter или Facebook в России. Мы не видим в этом больших рисков. Если в какой-то момент мы оценим, что последствия от «выключения» социальных сетей будут менее существенными по сравнению с тем вредом, который причиняет российскому обществу неконструктивная позиция руководства международных компаний, то мы сделаем то, что обязаны сделать по закону.

По-моему, совершенно естественно вспоминать имя Ксензова в связи с блокировкой соцсетей в России — даже если он однажды перейдёт на работу в Фейсбук, Госдеп или Общество защиты Интернета.
0solovyevorel

С помощью информационных технологий совершаются цветные революции и теракты

Оперуполномоченная по правам человека, генерал-майор МВД Татьяна Москалькова, наконец, вступила в борьбу. Цель этой её борьбы — избавить нас от лукавого.

«С помощью информационных технологий зло проникает в наше общество и разъедает его, как ржавчина. С помощью информационных технологий совершаются цветные революции и теракты», — заявила в среду Москалькова.

Хотите спросить, при чём тут права человека?
Элементарно, Ватсон: каждый человек имеет право на защиту от информационных технологий.
Генерал-майор Москалькова нас всех защитит.
0turtles

Роскомнадзор предупреждает о покемонах

С утра писал о министре связи, по мнению которого Pokémon Go является таким же спецпроектом ЦРУ США, как и весь Интернет. Не прошло и трёх часов, как на официальной странице подведомственного министру Роскомнадзора в Фейсбуке появилось предостережение для любителей сатанинской забавы.

Со ссылкой на пресс-релиз калифорнийской компании Proofpoint Inc. десятидневной давности, надзорное ведомство предупреждает, что некоторые файлы, доступные в Интернете под видом дистрибутивов популярной игры для ОС Android, на самом деле являются троянским вирусом, содержащим шпионский модуль Droidjack. Практика скачивания дистрибутива Pokémon Go не из официального магазина приложений особенно популярна в странах, где эта игра сегодня не распространяется — в частности, в России.

Также Роскомнадзор предупреждает, что ловушками для покемонов могут воспользоваться преступники, чтобы заманить игроков в тёмные и удалённые места города, и там ограбить. Об этом 9 дней назад сообщила в Фейсбуке полиция города О’Фаллон в штате Миссури.

О происках Диавола и американской разведки, о недопустимости ловли покемонов в храмах и на избирательных участках, в предостережении Роскомцензуры, к сожалению, ничего не сообщается.

Тем временем, песня Сергея Шнурова про ловлю покемонов набрала в Инстаграме 266 тысяч просмотров.
tibet

Ставим подпись против «закона Яровой»

Пакет «антитеррористических» поправок Яровой-Озерова, поддержанный на прошлой неделе охотнорядскими баранами, сегодня триумфально прошёл одобрямс в Совете Федерации.

Это, пожалуй, одна из самых радикальных инициатив «взбесившегося принтера». Там столько всего искромётного вносится, что перечислять можно до завтра. И уголовная статья за недоносительство, и новые сроки за ретвиты и перепосты, и тотальная прослушка, на которую всем российским операторам связи придётся выложить суммы, далеко превышающие их годовую выручку… Рационального зерна в этих инициативах не просматривается в упор, зато круг действий и бездействий, которые можно будет по новым правилам подогнать под определения «терроризма» и «экстремизма» расширяется до размеров одиозного Федерального списка. Не за горами тот день, когда уголовным преступлением террористической направленности признают публичную критику Ирины Яровой и отказ голосовать за неё на выборах…

Важная примета времени: никто давно уже не верит, что этой гопнической атаке на Конституцию можно как-нибудь противостоять. Под петицией к Путину, с требованием не подписывать пакет законов Яровой-Озерова, — всего 656 подписей, включая мою. Хоть собирают эти подписи и на сайте Эха, и на сайте «Новой», где суточная аудитория исчисляется в сотнях тысяч. Просто никто уже реально не допускает мысли, что его голос может на что-то повлиять или изменить. И это, в сущности, логично: люди учатся на опыте, а он подсказывает, что до сих пор ни одна такая петиция не была властями ни учтена, ни рассмотрена. Даже если она собрала больше 100.000 голосов, верифицированных порталом Госуслуг — как некоторые антикоррупционные инициативы последних лет, похороненные в анналах «электронного правительства».

Тем не менее, при всём нашем сомнении, скепсисе и разочаровании, я уверен, что подписаться там стоит.
Пусть промолчат согласные и безгласные.
А нам всё же нужно сказать своё слово.
Вслух.